Меню

Яхве против Баала. Хроника онтологического переворота. Часть шестая

«Запуск» Скинии

Теперь уже можно было приступать непосредственно к тому, ради чего столько времени евреи трудились над созданием Скинии и всех предметов ее оснащения и ради чего они столько времени все еще оставались близ горы Синай. Все эти приготовления, как следует из текста первоисточников, нужны были Яхве для организации регулярных, поставленных на поток жертвоприношений, в ходе которых евреи поставляли необходимую ему «жизненную энергию» многочисленных жертв.

Кстати, вполне логичным в этой связи выглядит и выбор Яхве «богоизбранного народа» из числа не земледельцев, а скотоводов. Помимо мобильности и отсутствия привязанности к конкретному региону, скотоводы имели в данном случае еще и то преимущество, что для них резать животных было гораздо более привычным, практически повседневным занятием. И вполне может быть, что совсем не случайно евреи, даже осев в земледельческом Египте на весьма длительное время, продолжали вести жизнь скотоводов, несмотря на весьма негативное отношение египтян к «пастухам».

И вот теперь пришло время задействовать привычное для них «ремесло» в интересах Яхве – евреи должны были резать, резать и резать животных, принося постоянные жертвы…

Параллельно, как уже говорилось ранее, в Святая Святых Скинии «мастера-наладчики» из числа «ангелов» (богов-помощников Яхве) проводили монтаж, настройку и отладку «технической начинки» Ковчега Завета, а заодно и производили его «подзарядку» за счет той самой «жизненной энергии», которую поставляли евреи своими жертвоприношениями (ведь без источника энергии никакой механизм работать не в состоянии).

«В тот день, когда поставлена была скиния, облако покрыло скинию откровения, и с вечера над скиниею как бы огонь виден был до самого утра. Так было и всегда: облако покрывало ее [днем] и подобие огня ночью» (Числа, глава 9).

Евреи же могли видеть только «внешний антураж» всего этого процесса, что и запечатлелось в первоисточниках. Хотя иногда (видимо, чтобы публика совсем уж не заскучала) Яхве устраивал для них очередное эффектное шоу.

«В восьмой день призвал Моисей Аарона и сынов его и старейшин Израилевых и сказал Аарону: возьми себе из волов тельца в жертву за грех и овна во всесожжение, обоих без порока, и представь пред лице Господне; и сынам Израилевым скажи: возьмите козла в жертву за грех, [и овна,] и тельца, и агнца, однолетних, без порока, во всесожжение, и вола и овна в жертву мирную, чтобы совершить жертвоприношение пред лицем Господним, и приношение хлебное, смешанное с елеем, ибо сегодня Господь явится вам. И принесли то, что приказал Моисей, пред скинию собрания, и пришло все общество и стало пред лицем Господним.

И сказал Моисей: вот что повелел Господь сделать, и явится вам слава Господня. И сказал Моисей Аарону: приступи к жертвеннику и соверши жертву твою о грехе и всесожжение твое, и очисти себя и народ, и сделай приношение от народа, и очисти их, как повелел Господь.

И приступил Аарон к жертвеннику и заколол тельца, который за него, в жертву за грех: сыны Аарона поднесли ему кровь, и он омочил перст свой в крови и возложил на роги жертвенника, а остальную кровь вылил к подножию жертвенника, а тук и почки и сальник на печени от жертвы за грех сжег на жертвеннике, как повелел Господь Моисею; мясо же и кожу сжег на огне вне стана. И заколол всесожжение, и сыны Аарона поднесли ему кровь; он покропил ею на жертвенник со всех сторон; и принесли ему всесожжение в кусках и голову, и он сжег на жертвеннике, а внутренности и ноги омыл и сжег со всесожжением на жертвеннике. И принес приношение от народа, и взял от народа козла за грех, и заколол его, и принес его в жертву за грех, как и прежнего. И принес всесожжение и совершил его по уставу. И принес приношение хлебное, и наполнил им руки свои, и сжег на жертвеннике сверх утреннего всесожжения. И заколол вола и овна, которые от народа, в жертву мирную; и сыны Аарона поднесли ему кровь, и он покропил ею на жертвенник со всех сторон; поднесли и тук из вола, и из овна курдюк, и [тук] покрывающий [внутренности], почки и сальник на печени, и положили тук на грудь, и он сжег тук на жертвеннике; грудь же и правое плечо принес Аарон, потрясая пред лицем Господним, как повелел Моисей. И поднял Аарон руки свои, обратившись к народу, и благословил его, и сошел, совершив жертву за грех, всесожжение и жертву мирную.

И вошли Моисей и Аарон в скинию собрания, и вышли, и благословили народ. И явилась слава Господня всему народу: и вышел огонь от Господа и сжег на жертвеннике всесожжение и тук; и видел весь народ, и воскликнул от радости, и пал на лице свое» (Левит, глава 9).

«Мастерам-наладчикам» Ковчега Завета пришлось, судя по всему, немало повозиться с этим сложным агрегатом, поскольку стоянка затянулась – рутинная жизнь евреев с регулярными жертвоприношениями продолжалась на одном месте более полутора месяцев. К сожалению, не обошлось и без происшествий – погибли двое сыновей Аарона. Ветхий Завет сообщает об этом весьма скупо.

«Надав и Авиуд, сыны Аароновы, взяли каждый свою кадильницу, и положили в них огня, и вложили в него курений, и принесли пред Господа огонь чуждый, которого Он не велел им; и вышел огонь от Господа и сжег их, и умерли они пред лицем Господним» (Левит, глава 10).

«Прегрешение» Надава и Авиуда выглядит очень странным – нигде в первоисточниках нет ни слова о том, чтобы Яхве как-то регламентировал, какой огонь ему «чуждый», а какой «свой». Правда, чуть далее сообщения о гибели Надава и Авиуда идут строки, которые немного проясняют ситуацию.

«И сказал Господь Аарону, говоря: вина и крепких напитков не пей ты и сыны твои с тобою, когда входите в скинию собрания, [или приступаете к жертвеннику,] чтобы не умереть. Это вечное постановление в роды ваши, чтобы вы могли отличать священное от несвященного и нечистое от чистого…» (Левит, глава 10).

И можно предположить следующее. Надав и Авиуд, хлебнув лишнего из числа горячительных напитков, заявились в Скинию очень не вовремя – когда там вовсю трудились «мастера-наладчики» Ковчега. Возможно, Надав и Авиуд даже попытались заглянуть за занавесу в Святая Святых и тем нарушили запрет на посещение этой зоны Скинии – когда сильно выпивши, чего только не случается захотеть нарушить. В результате своей пьяной «шалости» они «попали под раздачу» – ведь у них не светились лица, как у Моисея, и на них не звенели колокольчики, как на Аароне, и «ангелы» (или даже сам Яхве), трудившиеся в это время над Ковчегом Завета, не долго думая, убили нетрезвых нарушителей запрета.

На то, что дело могло обстоять именно таким образом, косвенно указывает и то обстоятельство, что ни Моисей, ни даже Аарон не стали поднимать никакого шума, а наоборот – постарались все максимально утаить. Тела погибших (судя по всему, тайно) были вынесены за пределы стана. Оставшимся в живых сыновьям Аарона было запрещено не только устраивать публичный траур по погибшим, но и вообще какое-то время покидать пределы Скинии. А на самого Аарона со стороны Яхве было возложено требование принести искупительные жертвы и провести обряд очищения пределов Скинии – то есть вина за гибель сыновей Аарона была возложена не на того, кто убил, а на самого Аарона и его сыновей…

Пока евреи вынуждены были находиться на одном месте, Яхве (возможно, чтобы не терять уж времени даром) довел до них через Моисея целый ряд дополнительных законов их жизни в дальнейшем. Этими законами он провел упорядочение социальной жизни евреев, в регламентацию которой до тех пор практически не вмешивался (если не считать общих заповедей). Для нашего анализа эти законы не представляют интереса, а посему мы не будем на них останавливаться.

Но попутно в это же время был введен запрет на какие-либо жертвоприношения вне Скинии, и отныне все жертвы евреи должны были приносить только в ней – это в значительной степени упорядочивало необходимый Яхве поток «жизненной энергии».

Заодно было проведено и нечто типа «переписи населения» – было «исчислено все общество». При этом особое внимание уделялось исчислению тех, кто был «годен для войны». Это было уже нужно для планировавшегося завоевания «Земли Обетованной».

В общем, и это время Яхве предпочел не терять, а использовать для подготовки евреев к воплощению в жизнь своего плана…

Наконец, по прошествии полусотни дней (в ходе которых, судя по всему, были завершены работы по наладке Ковчега Завета), была отдана команда покинуть место столь затянувшейся стоянки у горы Синай.

«Во второй год, во второй месяц, в двадцатый день месяца поднялось облако от скинии откровения; и отправились сыны Израилевы по станам своим из пустыни Синайской… И отправились они от горы Господней на три дня пути, и ковчег завета Господня шел пред ними три дня пути, чтоб усмотреть им место, где остановиться» (Числа, глава 10).

Ковчег Завета, как видно из этих строк, уже функционировал…

Путь к «Земле Обетованной» и провал первой попытки

На протяжении всего путешествия от горы Синай до границ «Земли Обетованной» евреи шли в строгом соответствии с командами Яхве, передаваемых им как через Моисея с помощью Ковчега Завета, так и существенно более зримым образом.

«И когда облако поднималось от скинии, тогда сыны Израилевы отправлялись в путь, и на месте, где останавливалось облако, там останавливались станом сыны Израилевы.

По повелению Господню отправлялись сыны Израилевы в путь, и по повелению Господню останавливались: во все то время, когда облако стояло над скиниею, и они стояли; и если облако долгое время было над скиниею, то и сыны Израилевы следовали этому указанию Господа и не отправлялись; иногда же облако немного времени было над скиниею: они по указанию Господню останавливались, и по указанию Господню отправлялись в путь; иногда облако стояло только от вечера до утра, и поутру поднималось облако, тогда и они отправлялись; или день и ночь стояло облако, и когда поднималось, и они тогда отправлялись; или, если два дня, или месяц, или несколько дней стояло облако над скиниею, то и сыны Израилевы стояли и не отправлялись в путь; а когда оно поднималось, тогда отправлялись; по указанию Господню останавливались, и по указанию Господню отправлялись в путь: следовали указанию Господню по повелению Господню, данному чрез Моисея» (Числа, глава 9).

Судя по длительности остановок, периодически возникала потребность либо в небольшой починке и корректировке настройки Ковчега Завета, либо в его подзарядке. Поэтому и «подзависали» порой евреи в одном и том же месте на весьма значительное время…

Довольно часто приходится встречать утверждение, что якобы не известно, где бродили евреи в период от Исхода из Египта до прихода в «Землю Обетованную» в течение сорока лет. Между тем это не так – в Библии указан достаточно точный и подробный маршрут (другое дело, что далеко не всегда удается точно соотнести названия мест, упоминаемые в тексте, с современными географическими названиями). Это, во-первых. А во-вторых, на тот момент когда они первый раз достигли границ «Земли Обетованной», прошло вовсе не сорок лет, а существенно меньше – всего около двух лет!..

Остановившись в пустыне Фаран, на границе «Земли Обетованной», Моисей (по распоряжению Яхве) послал в Ханаан разведчиков – по одному от каждого колена.

«И послал их Моисей [из пустыни Фаран] высмотреть землю Ханаанскую и сказал им: пойдите в эту южную страну, и взойдите на гору, и осмотрите землю, какова она, и народ живущий на ней, силен ли он или слаб, малочислен ли он или многочислен? и какова земля, на которой он живет, хороша ли она или худа? и каковы города, в которых он живет, в шатрах ли он живет или в укреплениях? и какова земля, тучна ли она или тоща? есть ли на ней дерева или нет? будьте смелы, и возьмите от плодов земли» (Числа, глава 13).

Разведчики, судя по потраченным на это аж сорока дням, подошли к поручению весьма основательно.

Они пошли и высмотрели землю от пустыни Син даже до Рехова, близ Емафа; и пошли в южную страну, и дошли до Хеврона, где жили Ахиман, Сесай и Фалмай, дети Енаковы: Хеврон же построен был семью годами прежде Цоана, [города] Египетского; и пришли к долине Есхол, [и осмотрели ее,] и срезали там виноградную ветвь с одною кистью ягод, и понесли ее на шесте двое; взяли также гранатовых яблок и смокв; место сие назвали долиною Есхол, по причине виноградной кисти, которую срезали там сыны Израилевы. И высмотрев землю, возвратились они через сорок дней» (Числа, глава 13).

Однако настрой, с которым вернулись разведчики, не вселял оптимизма – они явно испугались той силы, которая им противостояла. Из двенадцати посланных в разведку только двое – Иисус Навин и Халев – рвались в бой. Остальные же не видели перспективы в попытке завоевать землю со столь сильным противником.

«И пошли и пришли к Моисею и Аарону и ко всему обществу сынов Израилевых в пустыню Фаран, в Кадес, и принесли им и всему обществу ответ, и показали им плоды земли; и рассказывали ему и говорили: мы ходили в землю, в которую ты посылал нас; в ней подлинно течет молоко и мед, и вот плоды ее; но народ, живущий на земле той, силен, и города укрепленные, весьма большие, и сынов Енаковых мы видели там; Амалик живет на южной части земли, Хеттеи, [Евеи,] Иевусеи и Аморреи живут на горе, Хананеи же живут при море и на берегу Иордана.

Но Халев успокаивал народ пред Моисеем, говоря: пойдем и завладеем ею, потому что мы можем одолеть ее. А те, которые ходили с ним, говорили: не можем мы идти против народа сего, ибо он сильнее нас. И распускали худую молву о земле, которую они осматривали, между сынами Израилевыми, говоря: земля, которую проходили мы для осмотра, есть земля, поедающая живущих на ней, и весь народ, который видели мы среди ее, люди великорослые; там видели мы и исполинов, сынов Енаковых, от исполинского рода; и мы были в глазах наших пред ними, как саранча, такими же были мы и в глазах их» (Числа, глава 13).

Панические настроения передались всем остальным евреям, которые не хотели рисковать своей жизнью. Считая, что в «Земле Обетованной» их ждет верная гибель, они даже решились на открытый бунт – собирались сменить «руководство» и вернуться в Египет.

Только Моисей, Аарон, Иисус Навин и Халев (из числа разведчиков) пытались отговорить собравшихся евреев от бунта и неподчинения Яхве. Они призывали евреев все-таки к завоеванию «Земли Обетованной», обещая поддержку со стороны Бога. Но уговоры не помогли, и над этой сохранившей верность Яхве четверкой нависла угроза гибели – их уже собирались побить камнями. Спасло их только вмешательство Яхве.

«И сказало все общество: побить их камнями! Но слава Господня явилась [в облаке] в скинии собрания всем сынам Израилевым. И сказал Господь Моисею: доколе будет раздражать Меня народ сей? и доколе будет он не верить Мне при всех знамениях, которые делал Я среди его? поражу его язвою и истреблю его и произведу от тебя [и от дома отца твоего] народ многочисленнее и сильнее его» (Числа, глава 14).

Яхве был просто в ярости. Он прекрасно понимал, что такая «армия» совершенно не годится для реализации его планов – нет никаких гарантий, что она не струсит в очередной раз перед лицом малейшей опасности. Да и объективно эта «армия» имела самый минимальный боевой опыт – у нее за плечами было всего лишь единственное сражение с амаликитянами (да и то евреям при этом помогало воздействие «посоха» Моисея). Так что у подобной «армии», несмотря на ее внушительную численность, были минимальные шансы победить заселявшие «Землю Обетованную» народы, закаленные в постоянных междусобных войнах и многочисленных нашествиях египтян, ассирийцев и прочих агрессивных соседей. Яхве в этих условиях пришлось бы вмешиваться буквально на каждом шагу и, по сути, все делать самому, а это его, видимо, совершенно не устраивало. И он готов был начать все с начала…

Однако Моисею (как и в аналогичном случае у горы Синай) такой вариант не нравится. И он в очередной раз отговаривает Яхве от поголовного уничтожения евреев. Но делает это весьма своеобразно.

«Но Моисей сказал Господу: услышат Египтяне, из среды которых Ты силою Твоею вывел народ сей, и скажут жителям земли сей, которые слышали, что Ты, Господь, находишься среди народа сего, и что Ты, Господь, даешь им видеть Себя лицем к лицу, и облако Твое стоит над ними, и Ты идешь пред ними днем в столпе облачном, а ночью в столпе огненном; и если Ты истребишь народ сей, как одного человека, то народы, которые слышали славу Твою, скажут: Господь не мог ввести народ сей в землю, которую Он с клятвою обещал ему, а потому и погубил его в пустыне. Итак да возвеличится сила Господня, как Ты сказал, говоря: Господь долготерпелив и многомилостив [и истинен], прощающий беззакония и преступления [и грехи], и не оставляющий без наказания, но наказывающий беззаконие отцов в детях до третьего и четвертого рода. Прости грех народу сему по великой милости Твоей, как Ты прощал народ сей от Египта доселе» (Числа, глава 14).

Эти слова, если вдуматься, обращены даже не столько к Яхве, сколько к евреям, которые после речи Моисея должны были понять одну простую вещь – Яхве никоим образом не даст им вернуться в Египет, ибо как раз в этом случае с ним бы никто больше не захотел иметь дела. Ему просто придется (!) уничтожить поголовно всех свидетелей его неудачной попытки.

У самого же Яхве тоже не простая ситуация. С одной стороны, на эту «армию» ему явно рассчитывать нельзя. А с другой – вариант начинать все с начала требует очень немало времени и при этом опять-таки не гарантирует стопроцентного успеха. Поэтому он выбирает своеобразное «компромиссное» решение, которое и объявляется евреям:

«…в пустыне сей падут тела ваши, и все вы исчисленные, сколько вас числом, от двадцати лет и выше, которые роптали на Меня, не войдете в землю, на которой Я, подъемля руку Мою, клялся поселить вас, кроме Халева, сына Иефонниина, и Иисуса, сына Навина; детей ваших, о которых вы говорили, что они достанутся в добычу врагам, Я введу туда, и они узнают землю, которую вы презрели, а ваши трупы падут в пустыне сей; а сыны ваши будут кочевать в пустыне сорок лет, и будут нести наказание за блудодейство ваше, доколе не погибнут все тела ваши в пустыне; по числу сорока дней, в которые вы осматривали землю, вы понесете наказание за грехи ваши сорок лет, год за день, дабы вы познали, что значит быть оставленным Мною. Я, Господь, говорю, и так и сделаю со всем сим злым обществом, восставшим против Меня: в пустыне сей все они погибнут и перемрут» (Числа, глава 14).

Это, с одной стороны, позволяет Яхве не начинать все «с полного нуля» и таким образом немного экономит время. А с другой – предоставляет возможность вырастить и воспитать новую «армию». «Армию», в которой вымрет старое и вырастет новое поколение. Поколение, которое уже не будет помнить про жизнь в Египте, которое будет воспитано по новым законам (данным Яхве через Моисея) и под воздействием единой мечты-цели в виде завоевания «Земли Обетованной», и у которого будет время на получение настоящего боевого опыта. В конце концов Бог может немного и подождать.

В дополнение к этому решению, Яхве убивает тех десятерых разведчиков, которые выступали против завоевательного похода в «Землю Обетованную», – из ходивших в Ханаан в живых остаются только Иисус Навин и Халев. Это демонстративное наказание заодно призвано в очередной раз продемонстрировать евреям не только могущество Яхве, но и его решимость карать непокорных.

Евреи же, поняв, что назад в Египет им путь закрыт, но и не желая всю оставшуюся жизнь провести в скитаниях, решили все-таки попытать счастья в сражении с противостоявшими им жителями Ханаана. Однако лишенные помощи Яхве они были буквально разгромлены и бежали вплоть до Хормы. Эта самостийная проверка «армии» показала то, что и должна была показать – евреи были не готовы к завоеванию «Земли Обетованной».

И для них начались те самые «сорок лет скитаний»…

Перед второй попыткой

Однако это не было «скитанием по пустыне», как часто считается. Пустыня на дальнейшем маршруте, конечно, была. Но помимо пустыни были и весьма плодородные долины. Получив отпор при первой «лобовой» атаке и будучи отправленными Яхве в длительные скитания, евреи пошли «в обход» – они отправились в сторону земель, которые ныне входят в состав Иордании.

По дороге хватало всего. Были и лишения. Были и новые бунты, довольно жестко подавленные Яхве. Были и столкновения с местным населением, в которых постепенно закалялась «армия Яхве». И очередная «перепись населения». Но мы остановимся лишь на некоторых событиях, поскольку остальные нам не важны в нашем анализе…

225

Путь евреев из Египта в Ханаан

Когда евреи попытались пройти через Едом, его жители воспротивились желанию опасных чужеземцев и не пустили их через свои земли. Евреи не решились на столкновение с превосходящими силами, и им пришлось идти в обход Едома. На этом обходном маршруте пришло время умирать Аарону.

«И отправились сыны Израилевы из Кадеса, и пришло все общество к горе Ор. И сказал Господь Моисею и Аарону на горе Ор, у пределов земли Едомской, говоря: пусть приложится Аарон к народу своему; ибо он не войдет в землю, которую Я даю сынам Израилевым, за то, что вы непокорны были повелению Моему у вод Меривы; и возьми Аарона [брата твоего] и Елеазара, сына его, и возведи их на гору Ор [пред всем обществом]; и сними с Аарона одежды его, и облеки в них Елеазара, сына его, и пусть Аарон отойдет и умрет там.

И сделал Моисей так, как повелел Господь. Пошли они на гору Ор в глазах всего общества, и снял Моисей с Аарона одежды его, и облек в них Елеазара, сына его; и умер там Аарон на вершине горы. А Моисей и Елеазар сошли с горы. И увидело все общество, что Аарон умер, и оплакивал Аарона весь дом Израилев тридцать дней» (Числа, глава 20).

Не суждено было войти в «Землю Обетованную» и самому Моисею. К моменту, когда евреи вновь подошли к границам Ханаана (но уже не с юга, как в первый раз, а с востока – со стороны реки Иордан, севернее Мертвого моря), Моисей уже был довольно старым. В качестве духовного лидера обычного кочующего народа он еще мог выступать, но на роль вожака армии завоевателей, которому требовалась выносливость и физическая сила, он уже никоим образом не годился. Нужна была замена. Поскольку же Аарон давно скончался, выбора у Яхве по сути не было – из посвященных в важные детали его первоначального плана оставался только Иисус Навин. И хотя он тоже был уже далеко не молод, но сил у него еще хватало. Вдобавок, насколько мы помним, Яхве заранее позаботился о том, чтобы ввести этого неформального лидера евреев в курс дела, и тот даже поднимался с Моисеем на гору Синай во время получения главных инструкций (см. ранее).

Но хотя Иисус Навин уже давно находился при Моисее, зачастую выполняя роль одного из ближайших его помощников, и евреи не могли не заметить его особого положения, требовалось все-таки провести официальную процедуру передачи полномочий от Моисея к Иисусу Навину, которому предстояло возглавить евреев и повести их на завоевание «Земли Обетованной». Моисею же – в качестве частичной компенсации запрета входа в Ханаан – было дозволено лишь обозреть «Землю Обетованную» через Иордан с горы Нево (в Библии – гора Аварим).

«И сказал Господь Моисею: взойди на сию гору Аварим, [которая по эту сторону Иордана, на сию гору Ново,] и посмотри на землю [Ханаанскую], которую Я даю сынам Израилевым [во владение]; и когда посмотришь на нее, приложись к народу своему и ты, как приложился Аарон, брат твой, [на горе Ор]; потому что вы не послушались повеления Моего в пустыне Син, во время распри общества, чтоб явить пред глазами их святость Мою при водах. Это воды Меривы при Кадесе в пустыне Син.]

И сказал Моисей Господу, говоря: да поставит Господь, Бог духов всякой плоти, над обществом сим человека, который выходил бы пред ними и который входил бы пред ними, который выводил бы их и который приводил бы их, чтобы не осталось общество Господне, как овцы, у которых нет пастыря.

И сказал Господь Моисею: возьми себе Иисуса, сына Навина, человека, в котором есть Дух, и возложи на него руку твою, и поставь его пред Елеазаром священником и пред всем обществом, и дай ему наставление пред глазами их, и дай ему от славы твоей, чтобы слушало его все общество сынов Израилевых; и будет он обращаться к Елеазару священнику и спрашивать его о решении, посредством урима пред Господом; и по его слову должны выходить, и по его слову должны входить он и все сыны Израилевы с ним и все общество.

И сделал Моисей, как повелел ему Господь [Бог], и взял Иисуса, и поставил его пред Елеазаром священником и пред всем обществом; и возложил на него руки свои и дал ему наставление, как говорил Господь чрез Моисея» (Числа, глава 27).

Заметим, что, несмотря на длительную верность Иисуса Навина, Яхве почему-то так и не дает ему права ни на доступ к Ковчегу Завета, ни на личное общение с собой – для того, чтобы узнать волю Яхве, Иисус Навин должен прибегать к помощи первосвященника Елеазара. Да и Елеазар не разговаривает с Яхве «над крышкою Ковчега», а имеет возможность лишь спрашивать решение Яхве с помощью урима и туммима. Вполне возможно, что, ощущая близость финальной стадии, Яхве решает, что для реализации оставшейся части плана вполне достаточно и этого…

Практически все было готово к повторной попытке завоевания «Земли Обетованной». Вымерло поколение евреев, вышедшее из Египта. Выросло новое поколение, воспитанное в духе законов, данных Яхве. Новая «армия Яхве» сплотилась и закалилась, вкусив сладость побед и горечь поражений. Эта «армия» получила нового предводителя, готового вести ее в бой.

Но тут неожиданно возникло новое препятствие. Дело в том, что в Заиорданье евреи обнаружили тоже весьма плодородные земли (которые они попутно завоевали). И два колена израильских успели на этой земле освоиться и укорениться настолько, что не желали идти далее на завоевание «Земли Обетованной», а хотели остаться с семьями здесь.

«У сынов Рувимовых и у сынов Гадовых стад было весьма много; и увидели они, что земля Иазер и земля Галаад есть место годное для стад; и пришли сыны Гадовы и сыны Рувимовы и сказали Моисею и Елеазару священнику и князьям общества, говоря: Атароф и Дивон, и Иазер, и Нимра, и Есевон, и Елеале, и Севам, и Нево, и Веон, земля, которую Господь поразил пред обществом Израилевым, есть земля годная для стад, а у рабов твоих есть стада. И сказали: если мы нашли благоволение в глазах твоих, отдай землю сию рабам твоим во владение; не переводи нас чрез Иордан» (Числа, глава 32).

Желание их вполне понятно – зачем идти что-то завоевывать, когда уже есть вполне приличное завоеванное (синица в руках вместо журавля в небе). Но это было явным отказом от исполнения общего договора евреев с Яхве, за что неминуемо последовало бы наказание с его стороны, как это имело место при первом отказе. О чем Моисею пришлось напоминать «отказникам». А заодно и пригрозить им погнать перед войсками их жен и детей…

Из текста не ясно, пригрозил ли при этом чем-то дополнительно Моисей (возможно, хватило и простого напоминания о предыдущем наказании), но угроза наказания со стороны Яхве нависла над всеми евреями, а это автоматически настраивало другие десять колен против двух колен «отказников». И дело могло закончиться междоусобной резней, которая была никому не выгодна.

О деталях переговоров первоисточники умалчивают, но в итоге сошлись на следующем компромиссе. Колена «отказников» получали-таки право оставить жен, детей и имущество в Заиорданье. Но в обмен на это обязались все мужским составом не просто участвовать в завоевании «Земли Обетованной», а возглавить авангард «армии Яхве». Вдобавок, эти два колена отказывались от своей доли добычи в виде наделов в той самой «Земле Обетованной», которую предстояло завоевать. К

ним присоединилась и половина колена Манассиина, также получившая свой надел в Заиорданье…

Завещание Моисея

Когда же Моисей почувствовал приближение смерти, он созвал евреев и обратился к ним с весьма объемной последней речью, которую иногда называют «завещанием Моисея». По сути, это было напоминанием евреям их собственной истории, начиная с Исхода, а также законов и воли Яхве. Из этой длинной речи нас в данном случае будет интересовать лишь то, что евреям предстояло сделать – сделать именно по велению Яхве, от имени которого и говорил в этой части своей речи Моисей.

«Когда введет тебя Господь, Бог твой, в землю, в которую ты идешь, чтоб овладеть ею, и изгонит от лица твоего многочисленные народы, Хеттеев, Гергесеев, Аморреев, Хананеев, Ферезеев, Евеев и Иевусеев, семь народов, которые многочисленнее и сильнее тебя, и предаст их тебе Господь, Бог твой, и поразишь их, тогда предай их заклятию, не вступай с ними в союз и не щади их; и не вступай с ними в родство: дочери твоей не отдавай за сына его, и дочери его не бери за сына твоего; ибо они отвратят сынов твоих от Меня, чтобы служить иным богам, и тогда воспламенится на вас гнев Господа, и Он скоро истребит тебя.

Но поступите с ними так: жертвенники их разрушьте, столбы их сокрушите, и рощи их вырубите, и истуканов [богов] их сожгите огнем; ибо ты народ святый у Господа, Бога твоего: тебя избрал Господь, Бог твой, чтобы ты был собственным Его народом из всех народов, которые на земле…

…и истребишь все народы, которые Господь, Бог твой, дает тебе: да не пощадит их глаз твой; и не служи богам их, ибо это сеть для тебя…

И будет Господь, Бог твой, изгонять пред тобою народы сии мало-помалу; не можешь ты истребить их скоро, чтобы [земля не сделалась пуста и] не умножились против тебя полевые звери; но предаст их тебе Господь, Бог твой, и приведет их в великое смятение, так что они погибнут; и предаст царей их в руки твои, и ты истребишь имя их из поднебесной: не устоит никто против тебя, доколе не искоренишь их.

Кумиры богов их сожгите огнем; не пожелай взять себе серебра или золота, которое на них, дабы это не было для тебя сетью, ибо это мерзость для Господа, Бога твоего; и не вноси мерзости в дом твой, дабы не подпасть заклятию, как она; отвращайся сего и гнушайся сего, ибо это заклятое» (Второзаконие, глава 7).

«Вот постановления и законы, которые вы должны стараться исполнять в земле, которую Господь, Бог отцов твоих, дает тебе во владение, во все дни, которые вы будете жить на той земле.

Истребите все места, где народы, которыми вы овладеете, служили богам своим, на высоких горах и на холмах, и под всяким ветвистым деревом; и разрушьте жертвенники их, и сокрушите столбы их, и сожгите огнем рощи их, и разбейте истуканы богов их, и истребите имя их от места того…

Когда Господь, Бог твой, истребит от лица твоего народы, к которым ты идешь, чтобы взять их во владение, и ты, взяв их, поселишься в земле их; тогда берегись, чтобы ты не попал в сеть, последуя им, по истреблении их от лица твоего, и не искал богов их, говоря: «как служили народы сии богам своим, так буду и я делать»…» (Второзаконие, глава 12).

Если использовать современную терминологию, то в ходе последней речи Моисея (по сути – его завещания) устами своего пророка Яхве призывает евреев к тотальному и беспощадному геноциду. Им вновь предстоит резать, резать и резать – но теперь не только животных, а и население «Земли Обетованной».

Правда, это призыв не к безоглядному истреблению всех и вся, а только по отношению ко вполне определенным народам, населявшим до того «Землю Обетованную». И это отдельно оговаривается далее, когда речь заходит о неких «весьма далеких» городах:

«Когда подойдешь к городу, чтобы завоевать его, предложи ему мир; если он согласится на мир с тобою и отворит тебе ворота, то весь народ, который найдется в нем, будет платить тебе дань и служить тебе; если же он не согласится на мир с тобою и будет вести с тобою войну, то осади его, и когда Господь Бог твой предаст его в руки твои, порази в нем весь мужеский пол острием меча; только жен и детей и скот и все, что в городе, всю добычу его возьми себе и пользуйся добычею врагов твоих, которых предал тебе Господь Бог твой; так поступай со всеми городами, которые от тебя весьма далеко, которые не из числа городов народов сих.

А в городах сих народов, которых Господь Бог твой дает тебе во владение, не оставляй в живых ни одной души, но предай их заклятию: Хеттеев и Аморреев, и Хананеев, и Ферезеев, и Евеев, и Иевусеев, [и Гергесеев,] как повелел тебе Господь Бог твой, дабы они не научили вас делать такие же мерзости, какие они делали для богов своих, и дабы вы не грешили пред Господом Богом вашим» (Второзаконие, глава 20).

Вполне четкое и ясное указание, кого просто завоевывать, а кого вырезать до основания…

Из приведенных текстов легко заключить, что вся «вина» народов, против который должен был быть развязан беспощадный геноцид, заключается в поклонении этих народов их богам, которое называется «мерзостью».

Любопытно, что впервые в истории главной целью геноцида провозглашается искоренение другой веры – веры в других богов. Нам, правда, не известно, насколько главной была эта же цель на позднем этапе реформ Эхнатона, но и тогда запрет на культ старых богов в Египте вводили не завоеватели, а сам египетский фараон, который к тому же не устраивал для этого тотальной резни…

До сих пор (в период так называемого «многобожия») завоеватели приносили на завоеванные земли культ своих богов, но не истребляли местных традиций – не уничтожали веры в богов местных. Люди жили по принципу: «Землю разделили между собой боги, и не людям менять установленное богами». Теперь же этот принцип отвергается. Идет, говоря опять-таки современными словами, передел сфер «божественного» влияния. Причем осуществляется это именно руками людей. И ради этого передела евреи должны не щадить ни своих, ни чужих.

«Если восстанет среди тебя пророк, или сновидец, и представит тебе знамение или чудо, и сбудется то знамение или чудо, о котором он говорил тебе, и скажет притом: «пойдем вслед богов иных, которых ты не знаешь, и будем служить им», – то не слушай слов пророка сего, или сновидца сего… а пророка того или сновидца того должно предать смерти за то, что он уговаривал вас отступить от Господа, Бога вашего…

Если будет уговаривать тебя тайно брат твой, [сын отца твоего или] сын матери твоей, или сын твой, или дочь твоя, или жена на лоне твоем, или друг твой, который для тебя, как душа твоя, говоря: «пойдем и будем служить богам иным, которых не знал ты и отцы твои», богам тех народов, которые вокруг тебя, близких к тебе или отдаленных от тебя, от одного края земли до другого, – то не соглашайся с ним и не слушай его; и да не пощадит его глаз твой, не жалей его и не прикрывай его, но убей его; твоя рука прежде всех должна быть на нем, чтоб убить его, а потом руки всего народа; побей его камнями до смерти, ибо он покушался отвратить тебя от Господа, Бога твоего, Который вывел тебя из земли Египетской, из дома рабства; весь Израиль услышит сие и убоится, и не станут впредь делать среди тебя такого зла.

Если услышишь о каком-либо из городов твоих, которые Господь, Бог твой, дает тебе для жительства, что появились в нем нечестивые люди из среды тебя и соблазнили жителей города их, говоря: «пойдем и будем служить богам иным, которых вы не знали», – то ты разыщи, исследуй и хорошо расспроси; и если это точная правда, что случилась мерзость сия среди тебя, порази жителей того города острием меча, предай заклятию его и все, что в нем, и скот его порази острием меча; всю же добычу его собери на средину площади его и сожги огнем город и всю добычу его во всесожжение Господу, Богу твоему, и да будет он вечно в развалинах, не должно никогда вновь созидать его; ничто из заклятого да не прилипнет к руке твоей, дабы укротил Господь ярость гнева Своего, и дал тебе милость и помиловал тебя, и размножил тебя, [как Он говорил тебе,] как клялся отцам твоим, если будешь слушать гласа Господа, Бога твоего, соблюдая все заповеди Его, которые ныне заповедую тебе, делая [доброе и] угодное пред очами Господа, Бога твоего» (Второзаконие, глава 13).

«Если найдется среди тебя в каком-либо из жилищ твоих, которые Господь, Бог твой, дает тебе, мужчина или женщина, кто сделает зло пред очами Господа, Бога твоего, преступив завет Его, и пойдет и станет служить иным богам, и поклонится им, или солнцу, или луне, или всему воинству небесному, чего я не повелел, и тебе возвещено будет, и ты услышишь, то ты хорошо разыщи; и если это точная правда, если сделана мерзость сия в Израиле, то выведи мужчину того, или женщину ту, которые сделали зло сие, к воротам твоим и побей их камнями до смерти» (Второзаконие, глава 17).

Учтем теперь несколько важных моментов.

Во-первых, трудно себе представить в то время какой-либо город, где не поклонялись бы неким богам. По крайней мере подобное ни археологам, ни историкам не известно.

Во-вторых, процедуры поклонения (или культовые обряды) у разных народов были во многом схожими. Следовательно, если бы речь шла только о внешней стороне этих обрядов, то и поклонение другим богам в «дальних городах» должно было бы называться «мерзостью», однако этого не происходит.

В-третьих, Яхве – первый монотеистический бог (реформы египетского фараона Эхнатона, как мы видели, проводились в интересах того же Яхве), то есть первый бог, который требует поклонения только себе и никому иному. Следовательно, и в «дальних городах» имело место «многобожие», которое при этом все-таки «мерзостью» не называется. Значит, речь идет не о некоем «процессе перехода к монотеизму», и вовсе не «многобожие» является причиной провозглашаемого устами Моисея геноцида.

Вывод, на мой взгляд, очевиден: Яхве выступает даже не столько против «многобожия» вообще, сколько против поклонения вполне конкретным богам – богам, которым поклонялись перечисленные в Ветхом Завете народы, жившие на территории Земли Обетованной. И главным среди этих богов был Баал – бог, негативное отношение к которому сохранилось в христианской традиции вплоть до наших дней.

Более того, Баалу (под разными именами) поклонялись и в «дальних городах», и даже далее – например, в Хеттской империи, где главным богом был Тейшеба, бог грозы (тот же Баал). Однако это для Яхве уже не имеет значения. Следовательно, его интересовало уничтожение культа Баала именно в конкретном ограниченном регионе – в «Земле Обетованной». И можно предположить, что именно с этого региона шли «основные поставки» Баалу «жизненной энергии» жертв. Поэтому-то и было важно уничтожить именно здесь культ Баала, прервав таким образом соответствующий поток этой энергии. А для этого и нужно было уничтожить как людей (тех, кто поставлял энергию Баалу), так и все жертвенники («установки», с помощью которых шла поставка энергии).

Как помнит внимательный читатель, Яхве совершенно не интересовала ни анатолийская зона построек древних богов, ни даже Баальбек, зато очень интересовал Ханаан, куда и был отправлен в свое время Авраам – прародитель тех евреев, которым теперь предстояло провести «зачистку» все той же территории…

После своей последней речи, с которой завершалась его миссия, Моисей отправился на гору Нево, откуда он смог увидеть «Землю Обетованную» и на которой ему предстояло умереть…

Начало зачистки

После смерти Моисея Иисус Навин приступил к воплощению в жизнь его «завещания», то есть воли Яхве, который, если ориентироваться на тексты первоисточников, непосредственно руководил всеми действиями Иисуса Навина – по крайней мере на самом первом этапе завоевания «Земли Обетованной».

Сначала евреи стали лагерем на левом (восточном) берегу Иордана. Через три дня по лагерю прошли гонцы с распоряжением Иисуса Навина всем евреям следовать за Ковчегом Завета, не отдаляясь от него на расстояние более «двух тысяч локтей» (то есть около километра), что указывает на соответствующую ограниченность радиуса действия этого технического устройства.

По указанию Яхве, транслированному Иисусом Навином, священники, переносившие Ковчег Завета, вошли с Ковчегом в Иордан, и вода реки выше по течению «стала стеною на весьма большое расстояние, до города Адама, который подле Цартана», а ниже по течению утекла в Мертвое море. И евреи получили возможность перейти на другой берег по пересохшему руслу.

Как уже указывалось ранее, здесь мы, возможно, видим проявление воздействия Ковчега Завета на гравитацию. Воздействие это носит локальный характер – есть некие (хоть и довольно большие) его пределы.

Возникает, правда, вопрос – почему евреи не почувствовали на себе этого воздействия?.. Если оно было настолько мало, что не ощущалось, то как тогда могли остановиться воды реки?.. А если силы воздействия хватало на остановку воды, то почему его не ощутили евреи?..

Тут возможно два варианта. Первый вариант – воду реки выше по течению остановил Яхве или кто-то из «ангелов» (его помощников) посредством какого-то иного устройства, а манипуляции с Ковчегом были не более, чем показным фокусом. Второй вариант – Ковчег в данном случае производил специфическое воздействие, имевшее сложную геометрию и потому ощущавшееся лишь на большом расстоянии (у города Адама подле Цартана, где была остановлена вода), но не вблизи. И если учесть указание евреям не удаляться от Ковчега далее, чем на километр, то можно предположить, что был задействован именно второй вариант – тот, кто удалился бы от Ковчега на большее расстояние, попал бы под его воздействие, и неизвестно, чем бы это закончилось для нарушителя.

Были ли те, кто нарушил это указание, – не ясно. По крайней мере, о живых свидетелях подобного нарушения и его последствиях нам ничего неизвестно…

Когда все евреи перешли на другой берег, а священники с Ковчегом вышли за пределы его русла, некто (Яхве или его помощники) «выключили» упомянутое воздействие Ковчега на воды Иордана, и река вновь потекла как обычно. А переправившиеся на другой берег евреи снова разбили лагерь, который расположили напротив мощных стен Иерихона, жители которого заперлись в городе в ожидании штурма.

Здесь Яхве решил, что воинам его обновленной за годы предыдущих скитаний «армии» следует «принести присягу», и евреи провели обряд обрезания. Поскольку же данная процедура после ее проведения требует некоторого времени на заживление обрезанного органа, стоянка затянулась. Но жители Иерихона, судя по всему, не были в курсе причин задержки штурма, и поэтому упустили удобный момент для нападения на небоеспособного некоторое время противника.

Иисус Навин, уже весьма искушенный в военном деле полководец, использовал образовавшееся время передышки для того, чтобы тщательней осмотреть диспозицию и прикинуть варианты штурма мощных стен Иерихона. Прогуливаясь же с этой целью возле города, он встретился с «ангелом», который назвался «вождем воинства» Яхве (в христианской традиции «вождем воинства Бога» является архангел Михаил).

«Иисус, находясь близ Иерихона, взглянул, и видит, и вот стоит пред ним человек, и в руке его обнаженный меч. Иисус подошел к нему и сказал ему: наш ли ты, или из неприятелей наших? Он сказал: нет; я вождь воинства Господня, теперь пришел [сюда]. Иисус пал лицем своим на землю, и поклонился…» (Книга Иисуса Навина, глава 5).

Первоисточники не дают подробной информации о их разговоре, но, судя по всему, как раз в ходе этой встречи «вождь воинства Господня» дает Иисусу Навину указания о том, что ему следует сделать для того, чтобы взять Иерихон (правда, Ветхий Завет утверждает, что эти инструкции дал сам Бог, но обычно этот первоисточник не делает разницы – слова «ангелов» всегда являются словами самого Яхве).

Эта встреча означает, что Яхве с помощниками решают не пускать дело на самотек, поставив исполнение своего плана целиком в зависимость от действий и решимости евреев, а предпочитают непосредственно не только контролировать процесс, но и при необходимости принимать в нем непосредственное участие. Косвенно это указывает на то, что реализация плана Яхве вступает в решающую фазу.

Согласно полученным инструкциям, в течение шести дней священники с Ковчегом Завета должны были обходить вокруг города, совершая каждый раз полный круг в сопровождении еще семерых священников, которые при этом дули в трубы. Безопасность их в это время обеспечивали два вооруженных отряда – спереди и сзади процессии. На седьмой день священники должны были сделать целых семь таких обходов города. При седьмом же обходе все евреи, до тех пор хранившие полное молчание, должны были одновременно по команде громко закричать (что именно при этом кричать – не уточняется).

«Как скоро услышал народ голос трубы, воскликнул народ [весь вместе] громким [и сильным] голосом, и обрушилась [вся] стена [города] до своего основания, и [весь] народ пошел в город, каждый с своей стороны, и взяли город. И предали заклятию все, что в городе, и мужей и жен, и молодых и старых, и волов, и овец, и ослов, [все] истребили мечом» (Книга Иисуса Навина, глава 6).

«Предали заклятию» в данном случае означает тотальное уничтожение всего (по указанию Яхве). Оставлен был только металл – «все серебро и золото, и сосуды медные и железные», который пошел «в сокровищницу Господню». А все остальное было подчистую уничтожено. В живых оставили только семейство блудницы Раав, которая ранее укрыла у себя и тем спасла от смерти двух лазутчиков, посланных в город на разведку. Все остальные жители города были перерезаны вместе со своим скотом. Фактически жертвоприношения животных были дополнены людьми – кровь полилась рекой, а поток «жизненной энергии» в адрес Яхве резко усилился.

План по тотальной зачистке «Земли Обетованной» начал претворяться в жизнь…

233

Взятие Иерихона

Ныне очень широко известно выражение «иерихонские трубы». Оно знакомо даже тем, кто вообще толком не читал Ветхого Завета. И у подавляющего большинства это выражение связано именно с разрушением стен древнего Иерихона.

Понимая его буквально, немало исследователей пыталось найти схожий с библейским описанием способ такого акустического воздействия (то есть воздействия с помощью звуковых волн), которое позволяло бы разрушать прочные кирпичные стены. Многие даже пробовали создать такие устройства. Особо перспективными считались попытки использования ультразвука (с высокочастотными колебаниями) и инфразвука (низкочастотные акустические колебания). Еще в гитлеровской Германии доктором Валлаушеком была создана установка, в которой использовался сильный инфразвук. Стены она, правда, на испытаниях не разрушала, зато убивала заключенных концлагерей (хотя и по этому параметру была призвана куда менее эффективной, чем обычные пулеметы). Более поздние испытания аналогичного акустического оружия также в конце концов перенацеливали воздействие проектируемого оружия со на стен сооружений на организм человека.

Это, на мой взгляд, лишь подчеркивает ошибочность буквального восприятия не только популярных фразеологизмов, но и библейских текстов. Хотя даже из самого текста Ветхого Завета ясно, что непосредственно трубы тут абсолютно не причем. Если они и были задействованы в процессе, то максимум лишь как сигнальное средство. Физическое же воздействие на стены Иерихона скорее всего имело совсем иную природу. Во-первых, в трубы дули до того аж шесть дней кряду, и ничего не происходило. Во вторых, обрушение стен произошло лишь после громкого одновременного вскрика евреев. В-третьих, в обрушении стен явно немалую роль играл Ковчег Завета, а для него каких-либо акустических форм воздействия не зафиксировано. И в-четвертых, как мы видели, немалую (и главную) роль в захвате Иерихона могли играть непосредственно боги – помощники Яхве, а они имели возможность задействовать и такое оружие, которое в библейское описание просто не попало. Евреи же наблюдали только внешний антураж. Так что если на что-то и можно ориентироваться, то прежде всего на остатки самих обрушенных стен.

234

Стены Иерихона

Первую археологическую экспедицию по раскопкам Иерихона, которая состоялась еще в начале ХХ века, возглавляли немецкие профессора Эрнст Зеллин и Карл Ватцингер. Уже вскоре после начала работ они обнаружили две параллельно идущие крепостные стены из высушенного на солнце кирпича, которые были возведены на мощном каменном фундаменте. Наружная стена имела толщину около двух метров и высоту 8-10 метров, а толщина внутренней стены достигала 3,5 метра. Результаты исследования показали, что стены в Иерихоне упали довольно странным образом – внешние стены наружу, а внутренние внутрь города.

В 1930 году раскопки были возобновлены английскими археологами под руководством доктора Джона Гарстанга. Однако вместо опровержения Библии, которого так ждали ее критики, были получены новые свидетельства достоверности ее текстов в описании судьбы города. После шести лет исследований доктор Гарстанг не только подтвердил результаты раскопок Зеллина и Ватцингера, но и установил факты, имеющие прямое касательство к библейскому рассказу. Во-первых, он также пришел к выводу, что стены города упали необычным образом, без признаков какого-либо обычного для штурма внешнего воздействия чего-то типа стенобитных машин или подкопа (на основании этого была высказана версия обрушения стен в результате землетрясения). Во-вторых, были обнаружены признаки того, что Иерихон подвергся сильнейшему разрушению в результате пожара. Вот как сам археолог описывает это:

«Пространство между двумя стенами заполнено обломками и щебнем. Видны четкие следы чудовищного пожара, спекшиеся кирпичи, потрескавшиеся камни, обугленная древесина и пепел. Дома, стоявшие вдоль внутренней стороны стены, сожжены дотла, крыши их обрушены» (Дж.Гарстанг).

И в-третьих, археологи обнаружили развалины кладовых, буквально забитые пшеницей, ячменем, финиками и чечевицей, которые от высокой температуры превратились в уголь. Эта находка говорила о том, что победители оставили нетронутыми запасы продовольствия и решили их просто уничтожить. Все это вполне согласовывалось с текстом Ветхого Завета.

Правда, Гарстанг датировал разрушение города примерно 1400 годом до нашей эры, а англо-американская экспедиция под руководством доктора Кэтлин Кеньон, проводившаяся в 1952 году, обозначила еще несколько более ранние даты – XV век до нашей эры. И сейчас в качестве времени разрушения Иерихона чаще всего называется дата 1410 год до нашей эры. Поэтому целый ряд историков утверждает, что к библейским описаниям и к Иисусу Навину это разрушение Иерихона (вместе с упавшими стенами) никакого отношения не имеет.

Однако, когда речь заходит о том, на основании чего археологи называют такие даты, то ссылаются на четыре метода датировки – по орнаменту на керамических предметах; по геологическим слоям земли (то есть по стратиграфии); по скарабеям (атрибутам власти египетских фараонов) и радиоуглеродный метод. Между тем, стратиграфия дает не абсолютный, а только относительный возраст. Датировка по орнаменту на керамике и скарабеям ничем не отличается от простого высасывания дат из пальца (разве что лишь многозначительностью ученых лиц при этом высасывании). А радиоуглеродный метод в 50-х годах ХХ века (когда проводила свои раскопки экспедиция Кэтлин Кеньон) делал только самые первые свои шаги и был крайне несовершенен. Впрочем, и сейчас его реальная (неустранимая!) погрешность гораздо выше заявляемой и для событий времен Иисуса Навина составляет никак не менее 200-300 лет (см. мою статью «Чего изволите-с?.. Меню радиоуглеродного датирования и дендрохронологии»). Так что вполне возможно согласовать обнаруженные признаки разрушения стен города и пожара с Иисусом Навном, а находки археологов не опровергают, а наоборот – подтверждают библейские тексты.

235

Каменный фундамент стен Иерихона

Но к сожалению, стены Иерихона, остатки которых обнаружили археологи, мало нам что дают. Совершенно никаких признаков мегалитических построек здесь не найдено – все исключительно на примитивном уровне строительства, так что говорить о каких-то постройках древних богов и не приходится. И даже то, что археологи называют «циклопической кладкой фундамента стен», представляет собой не что иное, как простейшую кладку из рваного камня на глиняном растворе. Так что ныне известно лишь, что город очень и очень древний, и застраивался неоднократно.

Другие археологические находки тоже мало что проясняют. Историки лишь утверждают, что во времена Ханаана город назывался Лунным из-за преобладавшего в нем культа Луны. А, скажем, в финикийской мифологии (во многом схожей с мифологией Ханаана) этот культ был связан с богом Баал-Хамоном…

«В то время Иисус поклялся и сказал: проклят пред Господом тот, кто восставит и построит город сей Иерихон; на первенце своем он положит основание его и на младшем своем поставит врата его» (Книга Иисуса Навина, глава 6).

Это косвенно указывает на то, что в Иерихоне было что-то очень важное, из-за чего Яхве нужно было не только уничтожить сам город и его обитателей, но и максимально стереть память о старых временах. Более того, судя по развитию событий, можно предположить, что захват и уничтожение Иерихона (и того, что в нем находилось) было настолько важным для Яхве, что совершенно не случайно именно этот город в итоге оказался первым на пути евреев в «Землю Обетованную», как не случаен и тот крюк вокруг Мертвого моря, который они сделали. Но к сожалению, пока археологические находки в Иерихоне не позволяют детализировать эту версию. Уж очень старательно Иисус Навин со своей армией выполнил указание Яхве по уничтожению информации о ханаанских временах Иерихона и о богах, которым тут поклонялись.

Правда, кое в чем нам могут помочь сами библейские тексты.

Так, скажем, до Иерихона Яхве никогда не требовал, чтобы абсолютно все металлические изделия евреи сдавали в «сокровищницу Господа» – обычно они обязаны были отдавать на нужды культа всего лишь десятину. И уж совсем никогда его не интересовало железо. Не встречается упоминаний такого требования и в дальнейшем. Но в чем причина такого исключения для Иерихона?..

И тут буквально напрашивается следующий ответ на этот вопрос. Яхве предполагал (или даже ожидал), что в Иерихоне (скорее всего в каком-то храме) находилось очень нужное ему «божественное оружие» (например, похожее на оружие, уведенное у Рамзсеа II, но только еще более мощное). Во-первых, Иерихон – один из древнейших городов в мире, а соответственно здесь могли находиться и очень важные храмы (с соответствующими закромами). А во-вторых, подобное оружие скорее всего было изготовлено из металла – отсюда и требование евреям сдать абсолютно все металлические изделия, обнаруженные в Иерихоне.

В соответствии с этим, может быть абсолютно неслучайным появление перед Иисусом Навином именно «вождя воинства Господа», а не простого «ангела» – в этом оружии нуждалась как раз «боевая дружина Яхве» из числа богов-помощников, уже полностью готовая к перевороту и захвату власти. Судя же по дальнейшим событиям, Яхве крупно повезло, и ему в руки действительно попалось то самое «нечто из металла», что он так долго искал.

Именно события в Иерихоне оказываются последними (!!!), когда Яхве и его «ангелы» принимают непосредственное участие в судьбе «богоизбранного народа». Показательно также и то, что далее Ковчег Завета хоть и проявляет порой свои необычные свойства, но более никогда (!) не производит никаких целенаправленных (!) действий – хоть «за», хоть «против» евреев.

Увы, скарабеи и обломки расписной керамики не способны подсказать нам, каким именно предметом (или предметами?) завладел в Иерихоне Яхве, но он явно предпочел заняться какими-то своими делами, бросив «богоизбранный народ» на произвол судьбы. Далее евреи оказываются предоставлены самими себе, и происходит это даже несмотря на то, что завоевание «Земли Обетованной» только-только началось. Как говорится, мавр сделал свое дело, мавр больше не нужен...

Результат такого решения Яхве не замедлил проявиться буквально сразу же.

Следующим после Иерихона городом на пути вторгшихся в Ханаан евреев был Гай. Поскольку этот город был укреплен значительно слабее, чем Иерихон, Иисус Навин послал к нему отряд всего из трех тысяч воинов. Однако горожане, убив всего три с половиной десятка нападавших, обратили остальных в позорное бегство. Поражение это привело израильтян в состояние, близкое к панике.

Понимая опасность ситуации, Иисус Навин вначале впал в такое отчаяние, что разодрал на себе одежды, но затем нашел выход. Требовалось показать евреям, что причина поражения не в слабости Яхве или в его отказе от поддержки евреев, а в его гневе на «богоизбранный народ» за преступление, совершенное кем-то из самих евреев. Преступника быстро нашли – им оказался некий Ахан, который, несмотря на категорический запрет Яхве, утаил часть захваченной в Иерихоне добычи – «одну прекрасную… одежду и двести сиклей серебра и слиток золота весом в пятьдесят сиклей» – и спрятал ее в своем шатре. Показательная казнь Ахана вернула евреев в боевое состояние духа.

Решив более не рисковать, Иисус Навин под покровом ночи выслал к Гаю отряд из 30 тысяч отборных воинов, которые расположились в засаде в гористой местности к западу от города, а сам утром подступил к городу с севера во главе основных сил. Воодушевленный ранее одержанной победой, царь Гая смело вывел своих воинов в поле и обрушился на евреев, которые, действуя согласно разработанному Иисусом Навином плану, в некоторый момент начали отступать. Воины Гая, к которым присоединилось все остальное население, бросились их преследовать, оставив городские ворота открытыми. Тогда сидевшие в засаде евреи захватили и подожгли город, а затем зашли в тыл врагу. Оказавшись между двумя частями израильского войска, жители Гая были поголовно уничтожены, а их царь попал в плен.

«Падших в тот день мужей и жен, всех жителей Гая, было двенадцать тысяч. Иисус не опускал руки своей, которую простер с копьем, доколе не предал заклятию всех жителей Гая; только скот и добычу города сего [сыны] Израиля разделили между собою, по слову Господа, которое [Господь] сказал Иисусу. И сожег Иисус Гай и обратил его в вечные развалины, в пустыню, до сего дня; а царя Гайского повесил на дереве, [и был он на дереве] до вечера; по захождении же солнца приказал Иисус, и сняли труп его с дерева, и бросили его у ворот городских, и набросали над ним большую груду камней, которая уцелела даже до сего дня» (Книга Иисуса Навина, глава 8).

О том, что случилось с расположенным по соседству городом Вефилем, жители которого также противостояли «армии Яхве», Ветхий Завет умалчивает. Но думается, что его постигла та же судьба, что и Гай…

Исчезновение Яхве

После этих первых побед Иисус Навин вдруг делает совершенно неожиданный ход.

Завоевание «Земли Обетованной» только-только началось. Масса городов оставалась еще непокоренной, а цари этих городов вовсе не собрались сдаваться без боя на милость победителя. Однако вместо того, чтобы продолжить свой завоевательный поход, Иисус Навин со всей «армией Яхве» делает «марш-бросок» на север в сторону Сихема – причем вовсе не с завоевательными целями.

В чем же причина такого, на первый взгляд, совсем нелогичного поступка?..

237

Путь Иисуса Навина

Первоисточники подсказывают нам только цель (но не причины!) этого странного «маневра» Иисуса Навина.

«Тогда Иисус устроил жертвенник Господу Богу Израилеву на горе Гевал, как заповедал Моисей, раб Господень, сынам Израилевым, о чем написано в книге закона Моисеева – жертвенник из камней цельных, на которые не поднимали железа; и принесли на нем всесожжение Господу и совершили жертвы мирные. И написал [Иисус] там на камнях список с закона Моисеева, который он написал пред сынами Израилевыми.

Весь Израиль, старейшины его и надзиратели [его] и судьи его, стали с той и другой стороны ковчега против священников [и] левитов, носящих ковчег завета Господня, как пришельцы, так и природные жители, одна половина их у горы Гаризим, а другая половина у горы Гевал, как прежде повелел Моисей, раб Господень, благословлять народ Израилев.

И потом прочитал [Иисус] все слова закона, благословение и проклятие, как написано в книге закона; из всего, что Моисей заповедал [Иисусу], не было ни одного слова, которого Иисус не прочитал бы пред всем собранием Израиля, [пред мужами,] и женами, и детьми, и пришельцами, находившимися среди них» (Книга Иисуса Навина, глава 8).

Немного конкретизируют смысл всех этих действий евреев слова самого Моисея, который транслирует их в своем «завещании» как волю Яхве.

«Когда перейдете Иордан, поставьте камни те, как я повелеваю вам сегодня, на горе Гевал, и обмажьте их известью; и устрой там жертвенник Господу Богу твоему, жертвенник из камней, не поднимая на них железа; из камней цельных устрой жертвенник Господа Бога твоего, и возноси на нем всесожжения Господу Богу твоему, и приноси жертвы мирные, и ешь [и насыщайся] там, и веселись пред Господом Богом твоим; и напиши на камнях [сих] все слова закона сего очень явственно…

И заповедал Моисей народу в день тот, говоря: сии должны стать на горе Гаризим, чтобы благословлять народ, когда перейдете Иордан: Симеон, Левий, Иуда, Иссахар, Иосиф и Вениамин; а сии должны стать на горе Гевал, чтобы произносить проклятие: Рувим, Гад, Асир, Завулон, Дан и Неффалим.

Левиты возгласят и скажут всем Израильтянам громким голосом: проклят, кто сделает изваянный или литый кумир, мерзость пред Господом, произведение рук художника, и поставит его в тайном месте! Весь народ возгласит и скажет: аминь. Проклят злословящий отца своего или матерь свою! И весь народ скажет: аминь. Проклят нарушающий межи ближнего своего! И весь народ скажет: аминь. Проклят, кто слепого сбивает с пути! И весь народ скажет: аминь. Проклят, кто превратно судит пришельца, сироту и вдову! И весь народ скажет: аминь. Проклят, кто ляжет с женою отца своего, ибо он открыл край одежды отца своего! И весь народ скажет: аминь. Проклят, кто ляжет с каким-либо скотом! И весь народ скажет: аминь. Проклят, кто ляжет с сестрою своею, с дочерью отца своего, или дочерью матери своей! И весь народ скажет: аминь. Проклят, кто ляжет с тещею своею! И весь народ скажет: аминь. [Проклят, кто ляжет с сестрою жены своей! И весь народ скажет: аминь.] Проклят, кто тайно убивает ближнего своего! И весь народ скажет: аминь. Проклят, кто берет подкуп, чтоб убить душу и пролить кровь невинную! И весь народ скажет: аминь. Проклят [всякий человек], кто не исполнит [всех] слов закона сего и не будет поступать по ним! И весь народ скажет: аминь» (Второзаконие, глава 27).

Детали описанного массового действия позволяют предположить, что это было, по сути, масштабным посылом всеми евреями мощной порции «жизненной энергии» (как принесенных при этом жертв, так и эмоций самих евреев) для Яхве. И для этого посыла годилось все – и благословения, и проклятия. Хотя, конечно, довольно показательно и символично, что жертвенник для принесения жертв во славу Яхве ставится не на горе благословений (Гаризим), а на горе проклятий (Гевал)!..

То, что данные действия евреев не приводят к какому-либо зримому результату – тексты не упоминают никакого появления «славы Господней» (то есть нет даже реакции Яхве), является дополнительным аргументом в пользу версии, что в это время судьба «богоизбранного народа» уже абсолютно не интересовала Яхве.

Но зачем тогда он ранее отдавал распоряжение (через Моисея) о проведении этого массового мероприятия?..

Дело в том, что «завещание» Моисея было озвучено еще даже до перехода Иордана, и предсказать результаты захвата Иерихона Яхве не мог. Поэтому данное распоряжение могло быть «запасным планом Яхве» на случай, если бы среди захваченных в Иерихоне трофеев не оказалось бы того предмета, который был ему нужен. Когда же Яхве завладел вожделенным предметом, ему было уже не до евреев, и он просто не успел (или даже забыл) отменить этот «запасной план». А евреи, не получившие соответствующей «команды на отмену», автоматически произвели воплощение неотмененного «запасного плана» в жизнь.

Хотя ход предыдущих и последующих событий позволяют выдвинуть несколько иную версию…

Иисус Навин еще в ходе событий под городом Гай заподозрил «неладное» – ведь от Яхве не последовало ни помощи, ни указаний, ни даже какого-либо неудовольствия поражением трехтысячного отряда его «богоизбранной армии». Не было вообще никакой реакции!.. И это при том, что буквально накануне – при переходе Иордана и в Иерихоне – Яхве и его помощники (боги-«ангелы») принимали очень активное участие. Так что похоже, что Иисус Навин вовсе не из-за неудачи под Гаем «разорвал на себе одежды», а как раз из-за того, что заподозрил утерю интереса Яхве к своему «богоизбранному народу».

После неудачи под Гаем Иисус Навин должен был попытаться связаться с Яхве. Но у него не было возможности сделать это с помощью Ковчега Завета (что доступно было Моисею), и он вынужден был прибегать к помощи урима и туммима, да и то через посредство первосвященника Елеазара. А что мог ответить ему Елеазар?.. Лишь констатировать, что ответа от Яхве нет… А после констатации Елеазаром факта отсутствия связи с Яхве Иисус Навин, как единственный уже на тот момент посвященный в «тонкости и нюансы» договора с Богом, не мог не сообразить, что могущественное покровительство, похоже, закончилось.

Иисусу Навину ничего не оставалось кроме как обрушить на воинов Гая и Вефиля все силы, какие у него были. Вместе с его опытом полководца это дало результат – евреи одержали победу. Но что делать теперь?.. Неужели воевать дальше без обещанной помощи?..

Оставалась единственная надежда на то, что Яхве по каким-то причинам в очередной раз «обиделся» на евреев – например, за то, что они не выполнили до конца своих каких-то обязательств. А из этих обязательств невыполненными на тот момент оставалась как раз та часть «завещания» Моисея, которая была связана с массовой церемонией на горе Гевал и горе Гаризим. И стремясь выполнить это последнее еще невыполненное обязательство евреев (говоря другими словами, стремясь закрыть должок), Иисус Навин принимает то самое «странное» решение, которое связано с неожиданным крюком в Сихем.

Однако, как следует из текстов первоисточников, массовое мероприятие в Сихеме никаких последствий не имело. Если оно и произвело на кого-то впечатление, то лишь на рядовых воинов армии «богоизбранного народа», которые были не в курсе «тонкостей и нюансов» договора с Яхве. А Иисус Навин явно понял, что покровительство «всемогущего Бога» закончилось. И именно этим объясняется его еще более странное последующее решение – вместо продолжения завоевания «Земли Обетованной», к которому, по всей логике, он должен был бы стремиться, Иисус Навин со всеми евреями возвращается в Галгал – на место своей первой стоянки после перехода Иордана. То есть ведет себя совершенно не как пришедший навсегда завоеватель, а как временщик, совершающий разовый набег!..

Историки до сих пор спорят, где именно располагалось это место стоянки. А археологи ныне называют Галгалом (или Гилгалом) место на западном берегу Иордана, в полутора десятках километров к северу от древнего Иерихона, где с 1979 года ведутся раскопки в том числе неолитического поселения, датируемого Х тысячелетием до нашей эры. Экспедиция под руководством профессора Адама Зертала из университета города Хайфа обнаружила здесь каменный забор, который имеет форму сандалии. В маленьком кругу, в «пятке сандалии», сложен круглый помост – что-то типа жертвенника. В районе этого жертвенника найдено большое количество костей кошерных жертвенных животных. Исследования показали, что сооружения были созданы в XIII-XII веках до нашей эры. И все указывает на время Иисуса Навина…

Но что тут было делать евреям?.. И почему Иисус Навин решил вернуться именно сюда?..

Тексты первоисточников подсказывают единственный ответ – он принял решение вернуться в Галгал только потому, что именно здесь он встретил «вождя воинства Господня» и именно здесь оставалась хоть какая-то надежда на то, что либо Яхве, либо кто-то из его «ангелов» появится вновь и подтвердит поддержку «богоизбранного народа» своей силой и мощью…

Однако время шло, а Яхве и его помощники так и не давали о себе знать. Между тем события развивались уже своим чередом и остановить их было невозможно. Иисусу Навину пришлось на них реагировать, полагаясь теперь уже только на свои силы. Об этом, впрочем, он не спешил ставить в известность евреев, дабы не лишить их мужества перед предстоящими испытаниями, и постоянно объявлял свои решения и указания лишь «исполнением воли Господа».

Завоевание «Земли Обетованной»

Молва о жестокости и беспощадности вторгшейся армии «богоизбранного народа» быстро распространялась по Ханаану. Жители близлежащих к Гаю и Вефилю городов – Гаваон, Кефира, Беероф и Кириаф-Иарим – проявили малодушие и вместо организации противодействия завоевателям пытались вступить в союз с Иисусом Навином, но при этом попутно и обмануть его. В итоге им хоть и удалось спасти свою жизнь, но они попали в кабальное услужение к «богоизбранному народу».

Другие же города не спешили сдаваться на милость незваным пришельцам. И часть местных правителей, решив упредить евреев, создала коалицию и отправила свои войска против них.

«…Адониседек, царь Иерусалимский, послал к Гогаму, царю Хевронскому, и к Фираму, царю Иармуфскому, и к Яфию, царю Лахисскому, и к Девиру, царю Еглонскому, чтобы сказать: придите ко мне и помогите мне поразить Гаваон за то, что он заключил мир с Иисусом и сынами Израилевыми. Они собрались, и пошли пять царей Аморрейских: царь Иерусалимский, царь Хевронский, царь Иармуфский, царь Лахисский, царь Еглонский, они и все ополчение их, и расположились станом подле Гаваона, чтобы воевать против него» (Книга Иисуса Навина, глава 10).

Жители Гаваона послали гонцов за помощью к Иисусу Навину, и тот понял, что больше нет времени ждать Яхве и его помощников – придется воевать самим. Впрочем, и особого выбора у него не было – дожидаться нападения, оставаясь в Галгале, не было смысла с военной точки зрения, а иных вариантов типа ухода за Иордан возглавляемая им армия «богоизбранного народа» никогда бы не поняла и не приняла бы. Так что Иисус Навин решил ударить первым и после быстрого ночного перехода внезапно напал на армию коалиции царей и разбил ее.

С этим сражением связан тот широко известный отрывок Ветхого Завета, в котором говорится об остановившемся в небе солнце.

«Иисус воззвал к Господу в тот день, в который предал Господь [Бог] Аморрея в руки Израилю, когда побил их в Гаваоне, и они побиты были пред лицем сынов Израилевых, и сказал пред Израильтянами: стой, солнце, над Гаваоном, и луна, над долиною Аиалонскою! И остановилось солнце, и луна стояла, доколе народ мстил врагам своим. Не это ли написано в книге Праведного: «стояло солнце среди неба и не спешило к западу почти целый день»? И не было такого дня ни прежде ни после того, в который Господь [так] слушал бы гласа человеческого. Ибо Господь сражался за Израиля» (Книга Иисуса Навина, глава 10).

Данный текст лично я склонен относить к преднамеренному преувеличению редакторов первоисточника, не имеющему отношение к реальности. Ну, или в лучшем случае к переносу каких-то иных более древних природных событий на время Иисуса Навина. Но никак не трактовать его в качестве описания реальных действий Яхве. Во-первых, указанное небесное явление в обозримом историческом периоде, хотя бы примерно совпадающем со временем Иисуса Навина, вообще нигде более не зафиксировано (чего в принципе не могло бы быть). А во-вторых, ход представленных событий противоречит обычной логике.

Дело в том, что Иисусу Навину не было никакого смысла задействовать подобную помощь всемогущего Бога, когда евреи уже итак одержали победу. Еще меньше было необходимости у Яхве вмешиваться тогда, когда все уже было решено и без него. Столь бессмысленные поступки ни ему, ни Иисусу Навину совершенно не характерны.

И очень похоже, что вплетение в повествование данного сюжета осуществлено редакторами первоисточника как раз с целью сокрытия довольно явных признаков того, что Яхве уже бросил к этому времени свой «богоизбранный народ»…

Любопытно, что, согласно текстам первоисточника, одержав победу, Иисус Навин сначала опять возвращается в Галгал – он не решается продолжить завоевание «Земли Обетованной» и на сей раз!..

Однако, то ли поразмыслив, то ли под воздействием победной эйфории, царившей в его армии, он все-таки решает развить успех. Это приносит свои плоды – последовательно ему удается захватить целый ряд городов, значительно продвинувшись на юг Ханаана. Ему покоряются Макед, Ливна, Лахис, Еглон, Хеврон и Давир. И везде на своем пути его армия «поражала мечом все дышащее» и «предавала заклятию». Говоря другими словами, посредством геноцида проводила тотальную зачистку местности…

«И поразил Иисус всю землю нагорную и полуденную, и низменные места и землю, лежащую у гор, и всех царей их: никого не оставил, кто уцелел бы, и все дышащее предал заклятию, как повелел Господь Бог Израилев; поразил их Иисус от Кадес-Варни до Газы, и всю землю Гошен даже до Гаваона; и всех царей сих и земли их Иисус взял одним разом…» (Книга Иисуса Навина, глава 10).

Показательно, что даже после этого Иисус Навин со своей армией снова возвращается в Галгал – на место временной (!) стоянки. И вновь он не решается предпринимать инициативные действия, а лишь «плывет по течению» событий, которые продолжают развиваться сами собой…

Разгром юга Ханаана не мог не встревожить и обитателей других земель.

«Услышав сие, Иавин, царь Асорский, послал к Иоваву, царю Мадонскому, и к царю Шимронскому, и к царю Ахсафскому, и к царям, которые жили к северу на горе и на равнине с южной стороны Хиннарофа, и на низменных местах, и в Нафоф-Доре к западу, к Хананеям, которые жили к востоку и к морю, к Аморреям и Хеттеям, к Ферезеям и к Иевусеям, жившим на горе, и к Евеям, жившим подле Ермона в земле Массифе. И выступили они и все ополчение их с ними, многочисленный народ, который множеством равнялся песку на берегу морском; и коней и колесниц было весьма много. И собрались все цари сии, и пришли и расположились станом вместе при водах Меромских, чтобы сразиться с Израилем» (Книга Иисуса Навина, глава 11).

Иисус Навин снова вынужден реагировать. Он прибегает к своей проверенной тактике – не дожидаясь нападения противника, совершает быстрый переход и внезапно обрушивает на него всю свою мощь. И вновь резня, резня и резня…

«…и поразили они их, и преследовали их до Сидона великого и до Мисрефоф-Маима, и до долины Мицфы к востоку, и перебили их, так что никого из них не осталось, кто уцелел бы [и избежал]. И поступил Иисус с ними так, как сказал ему Господь: коням их перерезал жилы и колесницы их сожег огнем. В то же время возвратившись Иисус взял Асор и царя его убил мечом [Асор же прежде был главою всех царств сих]; и побили все дышащее, что было в нем, мечом, [все] предав заклятию: не осталось ни одной души; а Асор сожег он огнем. И все города царей сих и всех царей их взял Иисус и побил мечом, предав их заклятию, как повелел Моисей, раб Господень; впрочем всех городов, лежавших на возвышенности, не жгли Израильтяне, кроме одного Асора, который сжег Иисус. А всю добычу городов сих и [весь] скот разграбили сыны Израилевы себе; людей же всех перебили мечом, так что истребили всех их: не оставили [из них] ни одной души. Как повелел Господь Моисею, рабу Своему, так Моисей заповедал Иисусу, а Иисус так и сделал: не отступил ни от одного слова во всем, что повелел Господь Моисею.

Таким образом Иисус взял всю эту нагорную землю, всю землю полуденную, всю землю Гошен и низменные места, и равнину и гору Израилеву, и низменные места [при горе], от горы Халак, простирающейся к Сеиру, до Ваал-Гада в долине Ливанской, подле горы Ермона, и всех царей их взял, поразил их и убил» (Книга Иисуса Навина, глава 11).

Показательно, что нигде в описаниях этих сражений – ни в этот период, ни позднее – нет ни единого упоминания о том, чтобы в действиях армии завоевателей хоть как-то бы участвовал Ковчег Завета. Евреи все делают своими руками без какой-либо «божественной» помощи. И при этом Иисус Навин все равно продолжает строго придерживаться всех указаний, полученных ранее от Яхве. То ли события по ходу длительных скитаний еще со времен Исхода произвели на него должный «воспитательный эффект», то ли в свое время он был слишком впечатлен увиденным на горе Синай, то ли (несмотря ни на что) все еще ожидал появления Яхве или его помощников, которые могли в любой момент покарать за непослушание…

Прозрение Иисуса Навина

Однако жизнь человеческая не вечна, а Иисус Навин был из тех, кто участвовал еще в Исходе из Египта, так что во время завоевания «Земли Обетованной» он был уже в довольно преклонном возрасте. И дабы успеть завершить начатое, в некоторый момент он решает произвести раздел «Земли Обетованной» (даже еще не до конца покоренной) между коленами израильскими. Делает он это в соответствии с указаниями, полученными в свое время через Моисея от Яхве, – земля делится между коленами по жребию.

Было сделано лишь два исключения из этого правила. Первое исключение – для двух с половиной колен, которые, как уже говорилось ранее, сами запросили себе земли в Заиорданье и отказались от своей доли в «Земле Обетованной» (см. ранее). Второе исключение – для того самого Халева, который ходил в разведку в Ханаан еще при первой попытке евреев войти в «Землю Обетованную» и который единственный из разведчиков (помимо самого Иисуса Навина) призывал тогда к походу, а потому и оставшийся в живых. Халев сам попросил для себя Хеврон, в котором он побывал еще во время той памятной разведки. И та часть Ветхого Завета, в которой сообщается о его просьбе, дает нам важный момент для датировок.

«И сказал ему [Иисусу Навину – АС] Халев, сын Иефоннии, Кенезеянин: ты знаешь, что говорил Господь Моисею, человеку Божию, о мне и о тебе в Кадес-Варне; я был сорока лет, когда Моисей, раб Господень, посылал меня из Кадес-Варни осмотреть землю, и я принес ему в ответ, что было у меня на сердце: братья мои, которые ходили со мною, привели в робость сердце народа, а я в точности следовал Господу Богу моему; и клялся Моисей в тот день и сказал: «земля, по которой ходила нога твоя, будет уделом тебе и детям твоим на век, ибо ты в точности последовал Господу Богу моему»; итак, вот, Господь сохранил меня в живых, как Он говорил; уже сорок пять лет прошло от того времени, когда Господь сказал Моисею слово сие, и Израиль ходил по пустыне; теперь, вот, мне восемьдесят пять лет; но и ныне я столько же крепок, как и тогда, когда посылал меня Моисей: сколько тогда было у меня силы, столько и теперь есть для того, чтобы воевать и выходить и входить; итак дай мне сию гору, о которой говорил Господь в тот день; ибо ты слышал в тот день, что там [живут] сыны Енаковы, и города у них большие и укрепленные; может быть, Господь [будет] со мною, и я изгоню их, как говорил Господь. Иисус благословил его, и дал в удел Халеву, сыну Иефонниину, [Кенезеянину,] Хеврон» (Книга Иисуса Навина, глава 14).

Итак, из приведенной цитаты следует, что от момента первой неудачной попытки евреев войти в «Землю Обетованную» до момента дележа ими этой самой земли прошло сорок пять лет (и сорок семь – с момента Исхода). А поскольку из них сорок лет евреи скитались вне ее пределов, получается, что Иисус Навин возглавлял завоевание в течение пяти лет…

243

Поскольку вечно оставаться во временном лагере было нельзя, Иисус Навин решил перенести Ковчег Завета из Галгала куда-то в другое место. Но куда?.. Ковчег сам по себе уже не перемещался (как во времена прошлых скитаний) – брошенный хозяевами механизм не может сам принимать решения. А Яхве на связь так и не выходит. И Иисус Навин, судя по всему, принимает решение перенести Ковчег Завета в единственное известное ему место, которое хоть как-то связано с указаниями Яхве – в Сихем (близ горы Гаризим и горы Гевал). То есть туда, где Ковчег уже был – во время массовой церемонии произнесения благословений и проклятий.

Но по дороге из Галгала в Сихем, механизм в Ковчеге, похоже, выдал какой-то сбой, или что-то в нем замкнуло – и Ковчег внезапно вдруг «потяжелел» (мы ранее уже упоминали его воздействие на гравитацию). Это евреи вполне могли (и даже должны были) счесть за «желание» Ковчега Завета остаться на этом месте – ведь именно «самостоятельные» (как казалось евреям) действия Ковчега долгое время руководили их собственными перемещениями по ходу предыдущих скитаний. В результате Ковчег Завета «застрял по дороге» в совершенно ничего не значившим до того месте – в городе Силом (Шило). А соответственно и здесь же евреи возвели Скинию, где она и простояла впоследствии длительное время. Сам же Иисус Навин обосновался все-таки в Сихеме.

После этого, поскольку основная задача по завоеванию «Земли Обетованной» была выполнена, Иисус Навин отпустил к своим семьям в Заиорданье те два с половиной колена, которые не участвовали в жеребьевке.

«Тогда Иисус призвал колено Рувимово, Гадово и половину колена Манассиина и сказал им: вы исполнили все, что повелел вам Моисей, раб Господень, и слушались слов моих во всем, что я приказывал вам; вы не оставляли братьев своих в продолжение многих дней до сего дня и исполнили, что надлежало исполнить по повелению Господа, Бога вашего: ныне Господь, Бог ваш, успокоил братьев ваших, как говорил им; итак возвратитесь и пойдите в шатры ваши, в землю вашего владения, которую дал вам Моисей, раб Господень, за Иорданом; только старайтесь тщательно исполнять заповеди и закон, который завещал вам Моисей, раб Господень: любить Господа Бога вашего, ходить всеми путями Его, хранить заповеди Его, прилепляться к Нему и служить Ему всем сердцем вашим и всею душею вашею. Потом Иисус благословил их и отпустил их, и они разошлись по шатрам своим…» (Книга Иисуса Навина, глава 22).

Незадолго до своей смерти Иисус Навин собрал в Сихеме представителей всех колен, «старейшин Израиля и начальников его, и судей его и надзирателей его», чтобы сказать им свое последнее напутственное слово. Произошедшее при этом обычно преподносится так, что Иисус Навин будто бы призвал собравшихся и далее поклоняться и служить только Яхве, отвергнув всех других богов. Однако в тексте Ветхого Завета есть весьма неожиданные строки, которые заставляют усомниться в столь однозначной и категоричной трактовке.

«И сказал Иисус всему народу: так говорит Господь Бог Израилев: «за рекою жили отцы ваши издревле, Фарра, отец Авраама и отец Нахора, и служили иным богам. Но Я взял отца вашего Авраама из-за реки и водил его по всей земле Ханаанской, и размножил семя его и дал ему Исаака… И дал Я вам землю, над которою ты не трудился, и города, которых вы не строили, и вы живете в них; из виноградных и масличных садов, которых вы не насаждали, вы едите плоды». Итак бойтесь Господа и служите Ему в чистоте и искренности; отвергните богов, которым служили отцы ваши за рекою и в Египте, а служите Господу. Если же не угодно вам служить Господу, то изберите себе ныне, кому служить, богам ли, которым служили отцы ваши, бывшие за рекою, или богам Аморреев, в земле которых живете; а я и дом мой будем служить Господу…» (Книга Иисуса Навина, глава 24).

Данный отрывок можно трактовать и совершенно иным образом. В его первой части Иисус Навин просто констатирует, что договор, который был заключен еще между Авраамом и Яхве, выполнен – евреи получили в свое владение «Землю Обетованную». А заканчивается приведенный отрывок вовсе не призывом продолжать поклоняться и служить Яхве (как это обычно утверждается), а предоставлением выбора самим евреям, какому из богов им поклоняться в дальнейшем!..

Возникает вопрос – почему Иисус Навин вообще заговорил о возможности подобного выбора?..

Анализ предыдущих событий наводит на мысль о том, что Иисус Навин уже давно понял, что помощь Яхве закончилась еще после Иерихона – на связь Бог больше не выходит и вообще полностью потерял интерес к своему «богоизбранному народу». Формально же договор, заключенный еще в незапамятные времена, действительно выполнен – причем обеими сторонами: евреи исполнили все известные им конкретные указания Яхве и в обмен получили обещанную им за это землю. А раз договор выполнен, то далее никто никому ничем не обязан… Как говорится – всем спасибо, все свободны!..

Самому Иисусу Навину нет смысла что-то менять. Он всю жизнь прослужил одному Богу. Заменять «хозяина» перед смертью ему нет никакой необходимости. Да и семейству его «менять шило на мыло» тоже не имеет никакого смысла (Иисус Навин же в своей жизни достаточно плотно общался с Яхве и его помощниками и понимает, что иные боги вряд ли менее эгоистичны). Это он и констатирует – будем подчиняться Яхве. Но другим навязывать свой выбор (в условиях, когда Яхве демонстрирует полное игнорирование евреев) Иисус Навин не считает возможным, потому и предлагает им сделать выбор самим.

Собравшиеся отвергли предложенные варианты и заверили Иисуса Навина, что они готовы служить и далее Яхве. Но Иисус Навин счел необходимым дополнительно предупредить их о том, что служить им в этом случае придется такому богу, который не потерпит ни малейшего отклонения от своих правил и требований. И по этим причинам Иисус Навин дает собравшимся еще дополнительный шанс подумать.

«Иисус сказал народу: не возможете служить Господу [Богу], ибо Он Бог святый, Бог ревнитель, не потерпит беззакония вашего и грехов ваших. Если вы оставите Господа и будете служить чужим богам, то Он наведет на вас зло и истребит вас, после того как благотворил вам.

И сказал народ Иисусу: нет, мы Господу будем служить. Иисус сказал народу: вы свидетели о себе, что вы избрали себе Господа – служить Ему? Они отвечали: свидетели. Итак отвергните чужих богов, которые у вас, и обратите сердце свое к Господу Богу Израилеву. Народ сказал Иисусу: Господу Богу нашему будем служить и гласа Его будем слушать.

И заключил Иисус с народом завет в тот день и дал ему постановления и закон в Сихеме [пред скиниею Господа Бога Израилева]. И вписал Иисус слова сии в книгу закона Божия, и взял большой камень и положил его там под дубом, который подле святилища Господня. И сказал Иисус всему народу: вот, камень сей будет нам свидетелем, ибо он слышал все слова Господа, которые Он говорил с нами [сегодня]; он да будет свидетелем против вас [в последующие дни], чтобы вы не солгали пред [Господом] Богом вашим. И отпустил Иисус народ, каждого в свой удел» (Книга Иисуса Навина, глава 24).

Итак, внешне вроде бы все выглядит так, что заключается новый договор. И вроде бы даже выполнены некоторые формальности типа фиксации в книге и на камнях. Но…

Для заключения договора необходимо участие в нем двух (!) сторон, а Яхве абсолютно никак не проявляет своего участия. И если Моисей еще обладал определенными полномочиями говорить от имени Яхве, то Иисусу Навину никто таких полномочий не давал. Так что, хоть по формальным причинам, хоть по сути происшедшего, но речь в данном случае идет о некоем «фиктивном договоре» – о договоре, который не имеет никакой силы.

Думается, Иисус Навин понимал всю фиктивность заключаемого договора, но у него опять-таки не было особого выбора – оставить после себя смуту, полный разброд и шатание он тоже не мог. И уж коли евреи сами решили далее заниматься самообманом (о якобы дальнейшем участии Яхве в их судьбе), не ему было их отговаривать. Так что Иисус Навин предпочел просто имитировать фиктивные формальности, лишь бы сохранить порядок в оставляемом им сообществе хоть на какое-то время.

Осуществив последнее, что он мог сделать, Иисус Навин вскоре умер. А Израиль вступил в так называемую Эпоху Судей…

Откат назад

А что же Яхве с его «воинством»?.. Удался ли им задуманный переворот?..

Увы (а возможно, и к счастью), у нас про то нет никакой информации. Яхве, провернув описанное выше на Земле и получив тут необходимое оружие и источники энергии для этого оружия, возможно, скинул Баала и сел на трон где-то на другой планете. Возможно также и то, что он все-таки потерпел неудачу, и задуманный переворот по каким-то причинам не удался. Аргументы есть в пользу как одного варианта, так и другого. В любом случае, Яхве было совершенно не до Земли и не до оставленного здесь «богоизбранного народа» (а заодно до брошенного вместе с этим народом и оборудования – Ковчега, урима и туммима и тому подобного).

Предоставленный же самому себе «богоизбранный народ», как и следовало ожидать, в отсутствие каких-либо проявлений и подтверждений реальности выбранного им для поклонения бога (каковым они приняли Яхве при смерти Иисуса Навина), то есть в отсутствие какой-либо реальной угрозы со стороны могущественной силы, довольно быстро «впал в грех» и даже «в мерзость», «отвернувшись от Господа» и начав поклоняться местным богам – в том числе и даже Баалу!.. Боги давно свернули свое присутствие, и даже последние из них (в лице Яхве и «ангелов») покинули планету. Так какая разница, кому из них поклоняться?!. Никаких критериев «праведности» и правильности выбора нет. И в этих условиях возврат евреев от монотеизма к «многобожию» был просто неизбежен и даже в некоторой степени предопределен.

И такой быстрый откат «богоизбранного народа» к «многобожию», на мой взгляд, является косвенным подтверждением реальности древних богов – без действительного их вмешательства, без принуждения с их стороны никто из наших далеких предков и не стал бы им поклоняться. И точно также быстро свернулась бы любая религия с верой в этих богов, как быстро перестали евреи поклоняться Яхве с исчезновением реальности угрозы с его стороны…

Да, были первосвященники, сохранявшие верность Яхве. Были пророки и пророчицы, верившие в его верховенство. Но в целом Эпоха Судей была периодом разброда и шатания в среде евреев.

Вдобавок, Яхве интересовало решение лишь его собственных проблем, и он не оставил никаких заветов о том, как евреям обустраивать свою жизнь. В частности, как сохранить в своих руках полученную «Землю Обетованную», как ей управлять и как ее оберегать. Не было ни регулярной армии, ни государственной системы налогообложения, ни системы управления как таковой. То, что было им создано, еще как-то подходило к изолированному теократическому обществу, но «Земля Обетованная» не была островом посреди безлюдного океана, а наоборот – располагалась на очень оживленном перекрестке. В результате как реформы Эхнатона привели Египет к упадку, так и «заветы Яхве», игнорировавшие вопросы управления обществом, привели к практически полной анархии в «Земле Обетованной», чем не могли не воспользоваться те племена, которые чудом остались в живых в Ханаане после тотальной резни, устроенной «армией Яхве», а также различные соседи.

Одним из таких соседей был Египет. В поздний период правления Рамзеса II постаревшему фараону было не до дел в далеких провинциях, но с приходом к власти следующего фараона Мернептаха в 1224 году до нашей эры ситуация меняется. На четвертом году правления этот фараон совершает успешный поход в Палестину, о чем повествуют многочисленные надписи – в том числе и на так называемой «Стеле Израиля», которая была найдена в поминальном храме Мернептаха в Фивах. Египетскими войсками были успешно взяты Аскалон, Гезер и Иеноам и разгромлены еврейские племена. Гезер, возможно, выдержал долгую осаду, так как Мернептах впоследствии именовал себя в своей титулатуре «связывающим Гезер». Надпись на стеле гласит: «Уведен был Ашкелон, схвачен был Газру, Иеноам сотворен несуществующим, Израиль пуст, нет его семени».

И это дает вполне четкие ориентиры для датировки как Исхода, так и завоевания «Земли Обетованной» Иисусом Навином, поскольку довольно очевидно, что стела могла зафиксировать события, происходившие уже в Эпоху Судей – евреи уже живут в «Земле Обетованной». И если учесть, что на завоевание этой земли у Иисуса Навина ушло пять лет, то эти пять лет закончились заведомо ранее 1220 года до нашей эры (год победного похода в Палестину фараона Мернептаха). Соответственно, Исход, который произошел за 47 лет до распределения земли по жребию между коленами, имел место никак не позднее 1267 года до нашей эры – при Рамзесе II. А это вполне согласуется с датировкой 1286 годом до нашей эры битвы при Кадеше, в ходе которой Рамзес II «засветил» свою находку – «божественное оружие», что стимулировало Яхве на форсирование событий (см. ранее). Так что за ориентировочную дату Исхода вполне можно принять примерно 1280-1270 год до нашей эры…

О том, что Яхве в Эпоху Судей никак не проявляет своего присутствия, косвенно говорят и события с Ковчегом Завета, из которых наиболее показательна война евреев с филистимлянами, когда судьей был Илий. После первого поражения в этой войне евреи решили прибегнуть к помощи Яхве, для чего вынесли Ковчег из Силома и взяли с собой на битву. Но это им не только совершенно не помогло, и они потерпели сокрушительное поражение – евреи в результате потеряли Ковчег, который был захвачен филистимлянами.

«И сразились Филистимляне, и поражены были Израильтяне, и каждый побежал в шатер свой, и было поражение весьма великое, и пало из Израильтян тридцать тысяч пеших. И ковчег Божий был взят, и два сына Илиевы, Офни и Финеес, умерли» (Первая книга Царств, глава 4).

Дальнейшие напасти, постигшие филистимлян якобы со стороны Ковчега Завета, явно не являются следствием ни действий Яхве, ни даже случайного воздействия механизма Ковчега, а просто приписаны Ковчегу и Яхве редакторами первоисточника. Филистимляне же также могли приписать эти напасти действию странного предмета, имевшего признаки «божественного» происхождения, и избавиться от него. Но во всех этих событиях не видно никаких целенаправленных действий со стороны богов. Точно также, как и в последующей гибели Озы, попытавшегося поддержать Ковчег, – брошенное Яхве техническое устройство вело себя так, как и полагается просто устройству, убивая всех, кто оказывается в опасной зоне его воздействия, без разбора…

А вскоре «Землю Обетованную» накрыла волна нашествия «народов моря», которая обрушила не одно государство. Что это были за народы, и откуда они пришли, историки спорят до сих пор. Сходятся они лишь в одном – конец II тысячелетия до нашей эры был периодом, когда закончили свое существование многие прежде мощные империи. И в этих условиях евреи, не сплоченные какой-либо общественно-политической системой, никоим образом не могли удержать управление «Землей Обетованной».

Но для нас здесь будет важным лишь тот момент, что данный период привел в итоге не просто к возрождению культа Баала, но и к его значительному укреплению на обширной территории – практически от Атлантики до Междуречья…

Попытка ренессанса

На рубеже II-I тысячелетий до нашей эры евреи предпринимают попытку сплотиться и возродить свое господство в «Земле Обетованной» с помощью введения института царей и сплочения народа под единой властью. В результате длительной и довольно кровопролитной борьбы за трон царем становится знаменитый Давид, который придерживался веры в «заветы Моисея и Авраама».

Ветхий Завет пытается представить приход к власти царя Давида в качестве некоего «промысла Яхве», однако при критическом взгляде на описание соответствующих событий в них не обнаруживается ни малейшего реального признака какого-либо внешнего влияния. А заявления первоисточников о якобы воплощении в жизнь в том или ином событии «воли Бога» в этот период – не более чем использование авторитета Яхве с целью придания дополнительного веса и легитимности действиям Давида и его сторонников.

Давиду удается постепенно объединить под своей властью значительную часть «Земли Обетованной» и даже начать покорение соседних государств, расширяя территорию израильского царства. При нем также происходит возращение филистимлянами Ковчега Завета.

Показательно, что первое время Давид правит, находясь в Хевроне. Он не может не заметить величественных стен сооружения над пещерой Махпела. Неизвестно, пытался ли он спуститься в саму пещеру. Но возможно, что именно пребывание в Хевроне стало причиной того, что первым крупным предприятием Давида стала война с иевусеями, в результате которой он захватил Иерусалим, где, как мы знаем, имеются аналогичные стены вокруг горы Мориа. После этого Давид переносит столицу в Иерусалим, а затем затевает крупную религиозную реформу – и для начала переносит Скинию и Ковчег Завета в новую столицу (поближе к горе Мориа с ее мегалитическими «божественными» стенами).

Любопытно, что, явно зная об опасных свойствах Ковчега, он отдает распоряжение предварительно поместить его в доме некоего Аведдара, и лишь по истечении трех месяцев, которые обходятся без негативных последствий для хозяина дома и его семьи (то есть после своеобразного «тестового карантина»), Давид переносит Ковчег в Иерусалим.

Давид подчинил духовную власть светской, объединив священников под началом первосвященников и включив их (писцами и судьями) в состав государственного аппарата. Богослужения при нем стали проводиться дважды в день, а ротацию священников определял жребий и очередность. Все эти преобразования Давид проводит, руководясь желанием возродить и укрепить веру в единого Бога и будучи сам глубоко набожным человеком. Однако и во всех его религиозных начинаниях не просматривается какого-либо реального участия Яхве. Давид видит некие сны, общается с пророками и даже порой прибегает к помощи урима и туммима, но все якобы получаемые таким образом «указания Бога» вполне соотносимы с личными переживания и мыслями самого Давида и пророков.

В частности, известный комментатор Торы Абарбанель, основываясь на сборнике мидрашей «Ялкут Шимони», довольно детально описывает одну из встреч Давида с пророком Самуилом, в которой Самуил фактически задает Давиду «программу действий» на будущее, когда Давид спрашивает пророка о своей миссии. В книге Люкимсона реконструкция этой встречи представлена следующим образом:

«В ответ на это Самуил… развернул перед ним [Давидом] свиток Торы и прочел отрывок, предписывающий каждому еврею три раза в год на праздники Песах, Суккот и Шавуот являться «пред лицом Господа Бога вашего, в месте, которое Тот изберет». Сейчас, сказал Самуил, таким местом считается Ваал Иудин (Баалей-Иегуда), потому что там стоит Ковчег Завета, до этого Ковчег стоял в Шило, и народ на праздники являлся туда. Однако настанет день, когда евреи окончательно утвердятся в обетованной им Богом земле, и тогда Ковчег будет перенесен в величественный Храм, сооруженный действительно в избранном Богом месте. Таким местом, продолжил Самуил, является гора Мория, на которой некогда Авраам хотел принести в жертву Исаака, а затем на этой же горе бежавшему от своего брата Исава Иакову открылась во сне чудесная лестница и было повторено данное Аврааму и Исааку обетование сделать еврейский народ не только многочисленным, но и народом вечным. Гора эта находится в принадлежащем иевусеям Иерусалиме, и одним из важнейших деяний Давида должно стать завоевание этого города, а также точное определение места, где должен стоять Храм, и его строительство. Или по меньшей мере подготовка к этому строительству» (П.Люкимсон, «Царь Давид»).

Как видим, ни о Яхве, ни об «ангелах» здесь даже не упоминается. И единственный момент, в котором можно заподозрить хоть какое-то действительное внешнее вмешательство в дела Давида, это выбор им конкретного места для будущего Иерусалимского Храма. Но на этом выборе следует остановиться подробней.

В некоторый момент Давид проводит перепись населения, после которой в стране начинается эпидемия (мор). Эпидемии в древнем мире – не редкость, но Давид решает, что причиной ее в данном случае является как раз затеянная им перепись («грех пред лицом Господа»), и он ищет способ остановить опасную эпидемию, для чего обращается за советом к пророку Гаду. Пророк указывает Давиду, что тому следует совершить жертвоприношение на гумне иевусея Орны (Орнана, Аравны), расположенном рядом со стенами Иерусалима. Что, кстати, уже противоречит версии внешнего вмешательства, поскольку Яхве (как мы помним) запрещал Мельхиседеку какие-либо жертвоприношения на горе Мориа – но пророк явно не в курсе этого запрета, а потому вряд ли говорит от лица Яхве…

«Вместе со старейшинами города Давид направляется на указанное ему место и видит над гумном… парящего в небе исполинского ангела с обнаженным мечом, простертым в сторону Иерусалима. Поняв, что еще немного – и мор войдет в стены его столицы, Давид валится на колени. Вместе с ним падают на колени и старейшины. Им было не дано видеть ангела – но, во-первых, они не могли оставаться на ногах в то время, как царь встал на колени, а во-вторых, добавляют комментаторы, они, видимо, все-таки почувствовали исходившую от ангела эманацию и поняли, что являются участниками некоей сакральной мистерии» (П.Люкимсон, «Царь Давид»).

И Давид «понимает», что будущий храм единого Бога необходимо возвести именно в том месте, где он видел «ангела»…

Итак, «ангела» видит только Давид, и это очень показательно – дело в том, что в тех случаях, когда ранее шла речь о реальных визитах Яхве или его помощников, не было такого, чтобы кто-то видел Яхве или «ангелов», а кто-то нет. А тут упоминаются некие «свидетели» (старейшины), которые оказываются совсем не свидетелями. И у нас есть все основания предполагать, что данное видение Давида – это плод его собственного воображения. Тем более, что «видение» появляется после того, как Давид (согласно добровольному обету) длительное время лишает себя сна, а подобная принудительная бессонница провоцирует возникновение галлюцинаций…

Заметим также, что в более ранних событиях с реальным участием Яхве и «ангелов» столь же обычным (как видимость для всех свидетелей) было стремление Яхве всегда дополнительно подчеркивать свое собственное участие в процессе – и он обязательно сообщал об этом человеку, с которым выходил на контакт («это Я – твой Бог» и тому подобное). В данном же случае ничего подобного нет – и Давид лишь догадывается (!), что он видит «ангела».

Стоит также учесть, что Давид не мог не заметить сходства между стенами вокруг горы Мориа со стенами древнего сооружения в Хевроне. Не мог он (долгое время изучавший Тору) не знать о священной роли для евреев пещеры Махпела (с возведенными над ней стенами) и горы Мориа. Так что выбор здесь места для будущего Храма совершенно не случаен – он просто напрашивается!..

И далее происходит сцена, которая буквально до деталей напоминает приобретение Авраамом земли с пещерой Махпела в Хевроне (что дополнительно указывает на знание Давидом связи стен в Иерусалиме и Хевроне). Давид обращается к Орне, который владеет гумном на горе Мориа (где и «видел» Давид «ангела»).

«И пришел Давид к Орне. Орна, взглянув и увидев Давида, вышел из гумна и поклонился Давиду лицем до земли. И сказал Давид Орне: отдай мне место под гумном, я построю на нем жертвенник Господу; за настоящую цену отдай мне его, чтобы прекратилось истребление народа. И сказал Орна Давиду: возьми себе; пусть делает господин мой царь что ему угодно; вот я отдаю и волов на всесожжение, и молотильные орудия на дрова, и пшеницу на приношение; все это отдаю даром. И сказал царь Давид Орне: нет, я хочу купить у тебя за настоящую цену, ибо не стану я приносить твоей собственности Господу, и не буду приносить во всесожжение взятого даром.

И дал Давид Орне за это место шестьсот сиклей золота. И соорудил там Давид жертвенник Господу и вознес всесожжения и мирные жертвы; и призвал Господа, и Он услышал его, послав огонь с неба на жертвенник всесожжения. И сказал Господь Ангелу: возврати меч твой в ножны его. В это время Давид, видя, что Господь услышал его на гумне Орны Иевусеянина, принес там жертву» (Первая книга Паралипоменон, глава 21).

Правда, Первая книга Паралипоменон утверждает, что Орна тоже будто бы видит некоего «ангела» (и потому соглашается отдать гумно Давиду). Однако в более ранней Второй книге Царств (глава 24), где описываются те же события, об этом «видении» Орны нет ни слова. Молчит об этом и Тора. Так что лицезрение «ангела» Орной, скорее всего, является лишь более поздней «додумкой» редакторов Библии, использованной для придания дополнительной правдоподобности «видению» Давида.

А Мидраш к Торе дает одну важную дополнительную деталь – согласно ее тексту иевусеянин Орна – не кто иной, как… прежний царь Иерусалима!..

Внимательный же читатель помнит, что царем Иерусалима во времена Авраама был Мельхиседек, который присматривал как раз за горой Мориа. И получается, что Орна вполне может быть очередным преемником Мельхиседека в каком-то там поколении. Однако Мельхиседеку было запрещено приносить жертвы на горе Мориа, а Орна отдает гумно на этой же горе Давиду именно для возведения жертвенника. Но это противоречие вполне объяснимо, во-первых, возможной утерей начального смысла охранительных функций при какой-то очередной смене смотрителей горы Мориа (времени-то со времен Авраама и Мельхиседека прошло немало), а во-вторых, Давид собирается поставить жертвенник якобы «во исполнение воли Бога», то есть имеет место как бы отмена более раннего указания Яхве.

Как бы то ни было, Давид получает гумно на горе Мориа для возведения жертвенника и, позднее, для строительства Храма. Но ему не суждено возвести этот Храм – строительство осуществит его сын Соломон. Часто это представляют как некое «наказание» Давида со стороны Бога за обильно пролитую кровь в процессе объединения страны, но скорее всего причина гораздо банальней – Давид уже стар, и после видения им «ангела» ему остается всего год жизни, который у него уходит на подготовку строительства (составление чертежей, заготовку материалов и прочее). Подробный отчет о сделанных им приготовлениях к строительству Храма Давид представил народу во время официальной коронации Соломона. И после смерти Давида Соломон практически сразу же приступает к возведению Храма на горе Мориа в Иерусалиме.

Финальный «пшик»

Библия достаточно подробно описывает как сам Храм, который возвел Соломон, так и процесс его строительства. И это не удивительно – ведь речь идет о первом (!) стационарном храме Бога. Скиния, служившая ранее для принесения жертв Яхве, была все-таки переносным, «мобильным» храмом.

Среди же деталей описания процесса строительства Иерусалимского Храма есть один важный для нас отрывок:

«И было слово Господа к Соломону, и сказано ему: вот, ты строишь храм; если ты будешь ходить по уставам Моим, и поступать по определениям Моим и соблюдать все заповеди Мои, поступая по ним, то Я исполню на тебе слово Мое, которое Я сказал Давиду, отцу твоему, и буду жить среди сынов Израилевых, и не оставлю народа Моего Израиля» (Третья книга Царств, глава 6).

Фактически здесь констатируется то, что Яхве уже давно покинул свой «богоизбранный народ». А также то, что Давид затеял строительство Храма как раз в надежде на то, что Яхве вернется к евреям и снова будет «обитать среди них», как это имело место в период от Исхода до начала завоевания «Земли Обетованной». Судя по всему, Соломон, осуществляя строительство Храма, был одержим этой же идеей.

Представляется вполне логичной мысль, что Храм, посвященный «самому великому и единственному» Богу, должен быть самым-самым по всем параметрам. И тем более это должно быть для Храма, который предполагался быть единственным храмом этого Бога. И еще более логично это ожидать от Храма, на который возлагалась надежда о возвращении покинувшего свой народ Бога. Таким «самым-самым» и представляется в Библии выстроенный Соломоном Иерусалимский Храм.

«Храм, который построил царь Соломон Господу, длиною был в шестьдесят локтей, шириною в двадцать и вышиною в тридцать локтей, и притвор пред храмом в двадцать локтей длины, соответственно ширине храма, и в десять локтей ширины пред храмом. И сделал он в доме окна решетчатые, глухие с откосами. И сделал пристройку вокруг стен храма, вокруг храма и давира; и сделал боковые комнаты кругом. Нижний ярус пристройки шириною был в пять локтей, средний шириною в шесть локтей, а третий шириною в семь локтей; ибо вокруг храма извне сделаны были уступы, дабы пристройка не прикасалась к стенам храма.

Когда строился храм, на строение употребляемы были обтесанные камни; ни молота, ни тесла, ни всякого другого железного орудия не было слышно в храме при строении его. Вход в средний ярус был с правой стороны храма. По круглым лестницам всходили в средний ярус, а от среднего в третий. И построил он храм, и кончил его, и обшил храм кедровыми досками. И пристроил ко всему храму боковые комнаты вышиною в пять локтей; они прикреплены были к храму посредством кедровых бревен… И устроил в задней стороне храма, в двадцати локтях от края, стену, и обложил стены и потолок кедровыми досками, и устроил давир для Святаго-святых.

Сорока локтей был храм, то есть передняя часть храма… Давир же внутри храма он приготовил для того, чтобы поставить там ковчег завета Господня. И давир был длиною в двадцать локтей, шириною в двадцать локтей и вышиною в двадцать локтей; он обложил его чистым золотом; обложил также и кедровый жертвенник.

И обложил Соломон храм внутри чистым золотом, и протянул золотые цепи пред давиром, и обложил его золотом. Весь храм он обложил золотом, весь храм до конца, и весь жертвенник, который пред давиром, обложил золотом. И сделал в давире двух херувимов из масличного дерева, вышиною в десять локтей. Одно крыло херувима было в пять локтей и другое крыло херувима в пять локтей; десять локтей было от одного конца крыльев его до другого конца крыльев его. В десять локтей был и другой херувим; одинаковой меры и одинакового вида были оба херувима. Высота одного херувима была десять локтей, также и другого херувима. И поставил он херувимов среди внутренней части храма. Крылья же херувимов были распростерты, и касалось крыло одного одной стены, а крыло другого херувима касалось другой стены; другие же крылья их среди храма сходились крыло с крылом. И обложил он херувимов золотом» (Третья книга Царств, глава 6).

Легко заметить в конструкции Храма те же самые пропорции, которые были заложены в Скинию…

255

Храм Соломона

Семь лет строился Храм в Иерусалиме. По завершении строительства Соломон собрал «старейшин Израилевых и всех начальников колен, глав поколений сынов Израилевых», чтобы перенести Ковчег Завета с горы Сион (где его временно разместил Давид) в новый Храм.

«И пришли все старейшины Израилевы; и подняли священники ковчег, и понесли ковчег Господень и скинию собрания и все священные вещи, которые были в скинии; и несли их священники и левиты. А царь Соломон и с ним все общество Израилево, собравшееся к нему, шли пред ковчегом, принося жертвы из мелкого и крупного скота, которых невозможно исчислить и определить, по множеству их» (Третья книга Царств, глава 8).

Но это – только по пути следования Ковчега Завета. Когда же Ковчег достиг построенного Храма, поток жертв (а с ним и количество поставляемой «жизненной энергии») возрос еще больше, о чем хорошее представление дает следующая цитата:

«Каждый паломник приносил с собою не менее одного жертвенного животного, а богачи и знать жертвовали животных сотнями. До 700 священников, силачей и искусников владения ножом, исполняли ритуал принесения этих стад в жертву невидимому еврейскому Богу. Трудились они в поте лица, проливая потоки крови, быстро и сноровисто убивая тысячи, десятки тысяч животных. Как ни искусны были эти служители в своем деле, сколь совершенной ни была система смыва и удаления крови и отходов, – первобытным ужасом, варварской экзотикой поражал этот ритуал…

Централизация культа Яхве обернулась неожиданной стороной: богобоязненный обряд жертвоприношения из-за громадных размеров Храма, вмещавшего сотни тысяч людей и неоглядные жертвенные стада с их ревом и мычанием, – по сути своей стал слишком уж материальным; лишь великолепие архитектуры и убранства храма отличало этот обряд от работы столичной скотобойни» (Э.Федин, «Ирод Великий»).

Простейшая логика – чем грандиозней событие, тем больше нужно жертв и пролитой крови. Иначе евреи в то время и мыслить не могли. Откуда же им было знать о том, что существуют законы физики, в соответствии с которыми всякое техническое устройство имеет свой предел прочности?!.

И результат не замедлил последовать…

Пока перед Ковчегом резали животных по ходу его транспортировки, поток поступающей энергии все-таки был ограничен. При внесении Ковчега на территорию Храма поток поступающей к нему энергии резко увеличился, но «божественный механизм» еще выдерживал. Но затем его внесли в Святая Святых с ее резонансными характеристиками (см. ранее), и поток энергии превысил допустимый порог – произошел большой «пшик»!..

«И внесли священники ковчег завета Господня на место его, в давир храма, во Святое Святых, под крылья херувимов… Когда священники вышли из святилища, облако наполнило дом Господень; и не могли священники стоять на служении, по причине облака, ибо слава Господня наполнила храм Господень» (Третья книга Царств, глава 8).

Если в электрический конденсатор попытаться загнать гораздо больше заряда, чем он может вместить, то что произойдет?.. Его просто «пробьет», и он банально перегорит. То же произошло и с «божественной» начинкой Ковчега Завета – произошел ее пробой, который сопровождался вспышкой и дымом от сгоревших деталей.

Для несведущих зрителей – евреев времен Соломона – внешне этот процесс очень был похож на те проявления «славы Господней», которые им были известны по описаниям древних событий (те же «молнии» и «дым»). Поэтому они и приняли это за положительную реакцию Яхве на свои действия и за признак его возвращения к своему «богоизбранному народу»…

Почему же мы в данном случае (в отличие от предыдущих упоминаний «славы Господней») можем говорить именно о «коротком замыкании» механизма Ковчега, а не о визите Яхве?.. Сразу по двум довольно простым причинам. Во-первых, в данном случае ни от Яхве, ни от какого-либо иного бога под видом «ангела» не поступает совершенно никаких распоряжений, как не поступает никаких подтверждений их личного присутствия, что абсолютно для них не характерно. А во-вторых, именно после этого момента нет совершенно никаких упоминаний о каком-либо воздействии со стороны Ковчега – он даже не поражает никого, как в свое время убил неосторожного Озу. Точно так же, как сгоревший конденсатор больше никого не бьет током…

Понятно, что евреи этого не знали. И наоборот – сочли вспышку и дым за благоприятный для них знак. А Соломон – за поддержку своих действий. И хотя в описании всех дальнейших событий за время его царствования нет ни малейшего намека на какое-либо участие Яхве или его помощников, евреи так и уверены, что со строительством Иерусалимского Храма Яхве вернулся к своему «богоизбранному народу» (хотя бы на какое-то время). Тем более, что во времена Соломона Израильское царство достигло наивысшего расцвета.

Однако это было не только апогеем ренессанса, но и началом конца – со смертью Соломона, которая произошла в 928 или 926 году до нашей эры, Израильское государство сначала развалилось на два царства, а затем и вообще исчезло с политической карты мира (аж на три тысячи лет), а вскоре после этого и евреи вообще перестали быть хозяевами «Земли Обетованной». Так что ни о каком возвращении Яхве и поддержке им своего «богоизбранного народа» говорить и не приходится…

257

Яхве – кто он?..

Бог, фигурирующий в монотеистических первоисточниках, так тщательно хранил свое инкогнито, что до сих пор не ясно – кто же он. Принятое в данной книге наиболее распространенное его «имя», как указывалось ранее, как таковым именем не является. Когда Бог «открывается» Моисею, то говорит лишь о том, что существует на самом деле – «Яхве» и означает «Я есть сущий», то есть «Я – тот, кто существует реально».

Но можем ли мы выяснить, кем был тот, кто называл себя «Богом Авраама» и «Богом народа Израиля»?..

Попробуем для этого воспользоваться известными общими закономерностями, которые характерны для имен различных богов в древних легендах и преданиях (то есть в том, что ныне называется уничижительным термином «мифология»). И попробуем наложить закономерности мифологии на те скудные данные о Яхве, которые можно почерпнуть в первоисточниках.

Прежде всего, учтем такой очень важный момент из рассмотренных ранее событий – Авраам, будучи весьма последовательным «сторонником» и «поклонником» Яхве (который в это время еще даже не фигурирует под этим псевдонимом), получает на горе Мориа благословение от Мельхиседека. При этом, во-первых, Авраам специально для встречи с Мельхиседеком поднимается на гору Мориа. Во-вторых, он признает верховенство Мельхиседека, предлагая ему десятину, которую положено отдавать священнику. И в-третьих, он с великой готовностью и радостью принимает это благословение. В дальнейшем же именно на гору Мориа (к Мельхиседеку или его преемнику) Авраам ведет своего сына Исаака. По версии Библии – для принесения в жертву, а по нашей версии – для представления Исаака в качестве своего преемника. Все это указывает вполне однозначно, что «Бог Авраама» – это и «Бог Мельхиседека».

Мельхиседек называется «священником Всевышнего», то есть священником «главного бога», и это нам ничего не дает. Однако он же является «царем Салимским», то есть царем Иерусалима – города, для жителей которого он является «праведным жрецом». И города, который, согласно упомянутой ранее книге «Пещера сокровищ», построен специально для Мельхиседека!..

При этом следует учесть, что речь идет о территории, на которой в IV-III тысячелетиях до нашей эры обитали западно-семитские племена – угаритяне и финикийцы, иудеи и израильтяне (до становления монотеистического культа), моавитяне, аммонитяне, эдомитяне и другие. А в западно-семитской мифологии боги представлены в том числе как основатели и владыки определенных городов, о чем свидетельствует, например, ряд топонимов: Иерихон – город Йариха, Сидон (Цидон) – город Цида. К таким же топонимам относится и названием города Иерусалим: Йерушалем – «построенный Шалимом». А Шалим (Шалимму) в западно-семитской мифологии был богом вечерней зари – второстепенным и малоизвестным богом.

И тут мы получаем весьма любопытные совпадения с египетским Атоном, который был также второстепенным и малоизвестным богом. Вечерняя заря неразрывно связана с заходящим солнцем, а Атон – бог солнца (но не главное представление солнца, с которым египтяне чаще связывали бога Ра – бога солнечного диска). С каким именно аспектом солнца был связан Атон, египтологи ничего не говорят, но именно вечернее солнце (особенно выглядывающее из-за облаков) дает знакомый зримый образ в виде расходящихся в разные стороны лучей – тот самый образ, который использовал Эхнатон для изображения Атона!.. О сходстве же религии Атона с монотеизмом Яхве мы ранее уже говорили…

Я далек от лингвистики и не без скептицизма воспринимаю различные псевдо-лингвистические изыски, которыми ныне так любят заниматься многочисленные дилетанты. Но одно соображение все-таки приведу.

Дело в том, что в древних формах письменности не было символов, обозначающих гласные звуки. И имя западно-семитского бога Шалима должно было записывать как Ш-Л-М. Но ту же самую основу имеет широко известное слово «шалом», используемое евреями для приветствия. Считается, что «шалом» на иврите означает «мир». Слово может означать как мир между двумя сущностями (например, между Богом и человеком или между двумя странами), так и внутренний мир (то есть спокойствие) в сознании, в психике индивидуума. Приветствие же «шалом алейхем» переводится как «мир вам». Но в контексте возможных вариантов использованного термина «мир» не исключено, что исходное значение этого приветствия могло звучать как «Бог с вами».

Гораздо более явно это значение фигурирует в арабском приветствии «ас-саляму алейкум» – «мир вам» или «мир с вами». Понятие «салам», однокоренное слову «ислам», первоначально имело чисто религиозное значение и использовалось как раз в смысле «мир с Богом»!.. В том же, что «салам» и «шалом» имеют общее происхождение, сомневаться вряд ли приходится…

Таким образом получается, что и евреи, и арабы (ведущие, между прочим, свою родословную от единого предка – того самого Авраама!), вполне могут использовать в качестве приветствия… действительное имя Бога – Шалима, который использовал псевдоним «Яхве»!..

Любопытно, что с «шалом» связано и имя Шломо – Соломон, которое носил знаменитый царь, построивший Иерусалимский Храм. То есть может быть, что он носил имя Бога (что было широко распространено в древнем мире)!..

Впрочем, эти соображения вполне могут оказаться той самой псевдо-лингвистикой, и я не буду на них настаивать…

Вернемся лучше к общим закономерностям в мифологии.

Боги в древних легендах и преданиях часто тесно связаны со своими «обязанностями» или со своей «специализацией» – конкретный бог «отвечает» за какую-то конкретную сферу реальности или деятельности и имеет соответствующую атрибутику. И именно на эту «специализацию» ориентируются чаще всего исследователи, когда пытаются провести параллели между пантеонами богов у разных народов. Скажем, Баал – бог бури и грозы. И по этой своей «специализации» этот бог легко идентифицируется с индуистским Индрой, хеттским Тешубом, древнегреческим Зевсом и древнеримским Юпитером.

Западносемитский Шалим (Шалимму) – не только бог вечерней зари, но и бог плодородия. Правда, и в этой своей «специализации» он является далеко не главным, а лишь второстепенным богом в этой мифологии.

Если же присмотреться к текстам как Торы, так и Ветхого Завета, то в них легко можно обнаружить ту же самую «специализацию» – плодородие – у Яхве!.. Он буквально «направо и налево» раздает обещание многочисленного потомства своим «почитателям». И не только обещает, но и исполняет это обещание!..

Такое обещание получает Авраам и другие праотцы. Его получает Сара. И даже Ковчег Завета с его «божественным механизмом», будучи помещенным Давидом на «карантин» в дом гефянина Аведдара, за три месяца значительно увеличил приплод в хозяйстве Аведдара…

И между прочим, каких-то других обещаний Яхве не раздает своим «приверженцам» с такой же готовностью – ни сказочных богатств, ни крепкого здоровья, ни власти над погодой, например…

Кстати, «пристрастие» Яхве к получению в жертву именно первенцев (первый отел, первый урожай и тому подобное) также вполне может быть связано со «специализацией» Бога, связанной с плодородием.

В угаритской мифологии имеется любопытное предание, которое рассказывает о рождении бога Шалима. Согласно так называемому «тексту 52», отцом бога Шалима является бог Эл (отец Баала и предыдущий глава пантеона богов). Однако матерью Шалима в данном случае оказывается не жена Эла, а одна из специально рожденных им же женщин.

В «тексте 52» Эл создает двух женщин и помещает их в своем доме. Здесь Эл – уже престарелый бог, и вопрос состоит в том, окажется ли он бессильным, так что женщины станут лишь его дочерьми и останутся бездетными, или же по этому случаю в нем проснется мужская сила, дабы женщины могли стать его женами и произвести потомство. После специальных процедур все заканчивается благополучно – женщины рождают пару небесных божеств по имени Шахар (бог утренней зари) и Шалим (бог вечерней зари). Дальнейшая судьба этих двух новорожденных неизвестна, поскольку текст переключается на последующие – более важные – события. И Шахар, и Шалим – настолько второстепенные боги, что угаритская мифология более не удостаивает их вниманием.

Ясно, что вполне «законнорожденный» Баал, который через некоторое время возглавил пантеон богов (хотя, впрочем, и не очень законно), и «бастард» Шалим находились в настолько разных «весовых категориях», что ни соперничества Шалима (то есть Яхве) с Баалом, ни событий II тысячелетия до нашей эры, о которых шла речь в данной книге, никто из древних богов и представить себе не мог…

Источник Смотрите также Часть первая Часть вторая Часть третья Часть четвертая Часть пятая

Добавил:Всеволод Гордиенко Дата:2016-09-25 Раздел:История